Оскорбляли мои национальные чувства и страну, за которую я воевал.
– Ты превысил необходимые меры самозащиты.
– Ничуть. Одного я ударил рукой в печень…
– И сотворил ему внутреннее кровоизлияние. Парню сделали операцию, и он приехать посмотреть на тебя не смог. А второго на всю жизнь отметил…
– Второму я стукнул чашкой из-под кофе в лицо.
– Ты его изуродовал.
– Я вынужден был выводить его из строя, потому что он был с пистолетом.
– С пистолетом?
Оленин достал из стола папку с документами.
– Пневматический пистолет… – прочитал он.
"
"– А откуда мне было знать, что у него не боевое оружие? Но – заметь! – я даже оружие у него не отобрал. Только ударил и пошел гулять в парк.
– Ты не отобрал оружие потому, что понял – это пневматика. Ты, с твоим-то опытом…
– Докажи…
Оленин только покачал головой с легкой улыбкой. Цель засадить Сохатого он перед собой не ставил.
– И как прикажешь вести это дело?
– Я бы на твоем месте возбудил дело против эстонцев за хулиганство, – сказал в разумье Доктор Смерть.
– А то, что они пострадали, – просто напросились…
– Наверное, я так и сделаю… – Оленин встал, показывая, что разговор окончен. – Володя, проводи гостей. А то…
– А то их не выпустят отсюда… – закончил за него Доктор Смерть.
2Мрачный и расстроенный, Оленин поехал обедать, как всегда, домой. Татьяна уже ждала его. Накануне вечером разговор у супругов не клеился. Всему виной тот ночной звонок Дым Дымыча, когда в командира стреляли. Татьяна заочно недолюбливала Сохатого и обещала, что у мужа могут быть из-за того большие неприятности по службе.
А она знала толк в разного рода интригах. И могла предположить любые варианты.
Сегодня, в ожидании триумфа, Оленин знал, как примириться с супругой. Он даже представлял себе, как с красочными подробностями, вроде бы и не хвастаясь, но удачно определяя свою выгодную роль, расскажет жене, как арестовал Доктора Смерть и Дым Дымыча. Откуда-то была в нем уверенность, что свидетели опознают обоих. Дым Дымыча было, честно говоря, жалко.
Что же касается Доктора, то тут вопрос гораздо сложнее. Раньше, по предыдущим встречам, он нравился Оленину. Но откровения майора Асафьева заставили Николая Сергеевича увидеть в Гагарине скрытого противника. Может быть, Гагарин даже знал о том, что Николай Сергеевич обращался дважды в службу Интерпола с предложением о сотрудничестве. Не исключен и такой вариант, что именно Гагарина попросили собрать сведения об Оленине.
