Болтон, мы с тобой уже говорили об этом и не раз, – меряю шагами просторную гостиную, потирая переносицу. – Ненавижу спекуляции на здоровье! У меня простой гребаный вывих, а судя по тому, что я слышу, по мне проехались катком туда-сюда и в порошок кости перетерли! И… – я бы так и продолжал выливать накопившийся за эти две недели гнев, если бы не звонок в дверь.
– Выговорился?
– Считай, тебя спасли, – вырубаю новости и спускаюсь на первый этаж. – И серьезно говорю, пересмотри свою ""политику"", иначе я начну искать нового агента, – чеканю и бросаю трубку, дергая ручку двери.
За годы жизни в Штатах я отвык смотреть в глазок. Или тем более спрашивать, кто там. Обычно тут в гости приходят только те, кого ты сам ждешь. Не принято у них заявляться без приглашения. Ну, либо те, кто входит в близкий круг. А судя по новостям, что прогремели, неудивительно, что звонок ожил. Кто-то из парней уже с апельсинами нагрянул?
Но когда открываю дверь, в первое мгновение кажется, что я окончательно двинулся.
Сошел с ума. Словил глюки. Наваждение. Видение. Да как хочешь можно назвать. Но когда она делает шаг и говорит:
– Леша… – оцепенение спадает.
– Лана?!
Глава 28. Рысь"
"Ее серые, невероятные глаза пробегают по мне, обеспокоенно рассматривая. Внимательно изучая. Едва ли не всего, с ног до головы. Словно она ищет подтверждение новостям. Той глупой утке про травму. И неужели Лана поэтому здесь? Пролетела семь с половиной тысяч километров, потому что что? Забеспокоилась?
Да плевать, на самом деле! Я просто чертовски рад ее видеть здесь! Еще пару дней назад, сидя в компании Сереги с женой, я о таком мог только мечтать.
А сейчас: она, живая из плоти и крови, здесь. Неуверенно мнется на пороге моего дома, теребя в руках ручку чемодана.
– Привет, – говорю, понимая, что если и дальше буду молчать и стоять как истукан, – сбежит. У нее уже в глазах мелькает паника, и, похоже, приходит осознание того, что она сделала.
Поздно. Не отпущу. Теперь.
– Здравствуй, – поднимая взгляд глаза в глаза, говорит Лана.
– Вижу, что с ногой все в порядке? – кивает и морщится.
– Может, пройдешь? – киваю, отступая и шире открывая дверь, замирая в ожидании.
– Боже, какая я дура, – вздыхает, легким движением руки запуская пальцы в свои светлые, длинные локоны, дерганно откидывает упавшие на лицо пряди. – Поверила, примчалась, думала, ты тут… а ты…– тараторит и сжимает пальчики, а у меня все сжимается внутри от желания прикоснуться.
