Но все же послушай меня, — настойчиво заговорил Норсон и, едва прикоснувшись к моему плечу, убрал руку.
Я открыла глаза, собралась в очередной раз повторить причину своих поступков, как увидела киборга, который удерживал ветеринара за запястье. Да эта железяка не бракованная — полностью глюканутая! Что с ним не так?
— Хозяйка не желает, чтобы к ней прикасались, — глядя на Норсона, произнес робот и разжал пальцы.
Воцарилось молчание. Мы с моим старым знакомым переглянулись, затем повернули головы к киборгу, вставшему по стойке смирно.
Я впервые присмотрелась к нему внимательнее. Все-таки он больше был похож на человека, строгого, слегка угрюмого, не умеющего выражать эмоции, чем на робота с биологическими компонентами. Мне даже показалось, что я увидела пульсирующую жилку на шее, которой у изделия ИИС уж точно быть не должно. Да и маленький рубец на нижней губе выглядел странно.
— Ноль Второй, объяснись, — резко заговорила я, но тут же добавила: — Хотя нет, не надо. Я все равно тебя завтра сдам обратно и попрошу, чтобы мне вернули мою послушную железяку.
— И тебе не интересна причина такого поведения? — поразился Норсон.
— А какая разница? — пожала я плечами. — У них наверняка произошла какая-то ошибка в системе, и это чудо электронное записали на мое имя. У меня даже есть предположение, в какой момент это случилось, — вспомнился мне сегодняшний случай с Арианом. — Поэтому-то менеджер попросил доплатить за ремонт, хотя Ноль Второй был почти исправен — всего пара мелких доработок.
— Но если все так просто, почему ты сейчас лежишь здесь, а не спокойно отдыхаешь после длинного трудового дня? — с насмешкой подметил ветеринар.
Я в один миг вспомнила причину своего побега из квартиры. Вновь вернулось беспокойство, страх оказаться обнаруженной и попасть в исследовательский корпус ИИС.
— Норсон, а помоги удалить из его головы данные. Может, киборг и не обновил мои фотографии в базе, но ведь перед утилизацией в нем точно будут копаться.
— Доступ к системе закрыт, — холодным до дрожи в теле голосом произнес робот.
Я помассировала запястье, где сейчас мерно пульсировала зеленая точка. Все-таки недавний всплеск эмоций помог. Мне удалось разрядиться, снять напряжение, отчего все возмущения Норсона и замечания робота не тревожили моего спокойствия с былой силой.
— Прости, Джи, но я к нему в голову не полезу, — сказал ветеринар, опустившись на стоявший неподалеку стул. — Там многоуровневая защита.
