Просто Миала, находясь в сердце, чувствовала жизнь и будто подсвечивала ее для меня.
Я села в кровати. Прижала ладонь к виску от небольшого головокружения.
— А-а, уже очнулась, — радостно произнес заглянувший в комнату мужчина.
Дверь отозвалась неприятным скрипом. Человек со смутно знакомым голосом открыл ее шире, боком втиснулся в проем и вскоре поставил поднос с едой рядом со мной.
— Ну? — спросил он, сунув руки в карманы.
Я где-то видела его прежде. С вьющимися светло-русыми волосами, пронзительным взглядом серых глаз и упрямым подбородком, он даже отдаленно никого не напоминал.
Покатые плечи, широкая грудь, узкие бедра. Высокий, правда. Нескладный, но натренированный, судя по выпирающим на руках буграм мышц. Так мы знакомы или нет?
— Голос не вернулся? — нахмурился он и сел на корточки прямо передо мной.
— Где я? — выдавила с трудом.
— Вижу, пришла в себя, — усмехнулся мужчина и похлопал меня по колену. — Есть хочешь? Конечно, хочешь, зачем я спрашиваю. Тут овощная каша, в ней много витаминов — как раз то, что тебе нужно.
— Где я? — сглотнув, повторила я вопрос.
— А какие предположения? — лукаво улыбнулся тот.
— Где Норсон?
Незнакомец прищурился, повел головой.
— Ты меня боишься?"
"Я призадумалась. Скорее всего, ответ был отрицательным, да только не имело смысла говорить это вслух. Чего мне страшиться, когда сердце на месте, а я тем не менее еще не робот? Самое опасное позади. Осталось узнать, где нахожусь, и покинуть это не внушающее доверия место. А дальше… Так далеко загадывать еще рано.
— Где Норсон?
Мужчина встал. Вновь сунул руки в карманы и на миг обернулся на дверь. Но не вышел, собираясь продолжить со мной диалог, который не клеился.
— Ветеринар придет позже, не беспокойся. Он через часика эдак три вернется.
Я часто заморгала, справляясь с внезапной резью в правом глазу. Потерла его. Чего только не сделаешь, чтобы не разговаривать с неприятным тебе человеком? Миала подсказывала верить ему. Да только за последние пять лет я привыкла полагаться на свой опыт и логику, поэтому не горела желанием даже видеть его.
— Покажи, — забеспокоился незнакомец и вцепился в мой подбородок. — И перестань его тереть!
Запоздало пришло понимание, что на глазах нет линз. Я забеспокоилась. Он сейчас заподозрит неладное, начнет искать информацию обо мне, обнаружит нестыковки и… Моя попытка вырваться вызывала у мужчины кривую усмешку.
— Все-таки боишься, — сделал он вывод и направился к двери.
Надежда остаться одной не оправдала себя.
