– Ведь наша сделка так и не была завершена.
Ровена распахнула глаза:
– Как это?
– Ты должна мне больше, чем одну ночь. Когда я согласился заплатить выкуп за твою сестру, мы договорились, что я получу еще и вторую. Припоминаешь?
Ровена расхохоталась:
– А я уже было понадеялась, что ты об этом забыл.
– Я никогда не забываю тех, кто мне должен.
– Тогда, полагаю, я должна исполнить и второе условие сделки. Когда?
– Когда ты станешь моей женой.
Они обвенчались четыре недели спустя, в теплый и солнечный октябрьский день.
На этом настоял жених. Весь Фалмут, а также и его окрестности неделю обсуждали новость о помолвке Ровены с лордом Трегованом. Гордого Мэтью Голдинга, который совершенно примирился со своим будущим зятем, привезли в церковь в кресле, чтобы он своими глазами мог наблюдать, как его старшая дочь сочетается законным браком с лордом Трегованом. Джейн сияла от счастья. Церковь была так плотно набита гостями, что казалось, они сидят друг на друге.
Ровена и Тобиас обменялись клятвами. Все видели и понимали, как сильно они любят друг друга.
Любовь переполняла их обоих до краев; в ней соединились страсть и нежность, яростное желание и мягкость. Она расцвела так неожиданно и так прекрасно, что это изумляло и его, и ее."
"После празднования в Трегован-Холл и многочисленных тостов в честь новобрачных настала ночь. Начался бал. Тобиас, танцевавший со своей невестой несколько часов и нисколько не уставший, наконец тайком увлек ее в альков. Ровена улыбнулась. Он выглядел ослепительно прекрасным в черном сюртуке и черных бархатных панталонах до колен; изысканное кружевное жабо закрывало его грудь, и такие же кружевные манжеты выглядывали из рукавов.
Он осторожно поцеловал ее, выдохнув ее имя, а потом очень тихо произнес то, что было предназначено лишь для ее ушей:
– Моя дорогая невеста, моя любовь к тебе бесконечна. Ты самое драгоценное, что есть у меня в жизни, мое сокровище.
Она рассмеялась так легко и радостно, что казалось, коснулась самого его сердца.
– А вы, мой лорд, судя по всему, становитесь поэтом.
Вы всегда так красноречивы, когда влюблены?
– Откуда же мне знать? Раньше я никого не любил. Желаете еще один танец, моя леди?
– Разве мы уже не достаточно много протанцевали?
Он озорно прищурился и улыбнулся:
– Мы еще не дошли до танца, который мне по нраву больше остальных. С особой музыкой и особыми движениями. Может, поднимемся наверх?
Он предложил ей руку, и она положила на нее свою.
– А гости?
– Они даже не заметят.
