Уильям оставался внизу так долго, что у меня лопнуло терпение. Я пошла к нему, и он отнес меня в постель. У него было тело настоящего солдата, упругое, мускулистое, сильное. Господи помилуй, я все еще помню каждую мелочь…
Синие глаза Элеоноры повлажнели от непролитых слез.
— Мы легли в постель. Счастье горело во мне… я словно попала в рай. Уильям был нежен, боясь меня обидеть, и, когда мы соединились, на краткий миг я ощутила боль. Он заполнил меня собой, и я задыхалась от радости. Наслаждение охватило меня ослепительной жгучей вспышкой, и я потеряла голову от невыразимого блаженства, жара его тела, бурных ласк.
Кажется, я вскрикнула, но он отчего-то вторил мне. Постепенно я осознала, что он чересчур тяжело навалился на меня. Я что-то спросила, но он не ответил и не пошевелился. Мне показалось, что Уильям заснул, но разбудить его не удалось. Тут я поняла: творится нечто неладное. Мне почудилось, будто он лишился сознания, не перенеся возбуждения. Но он… он был мертв. Неведомый враг отравил его.
Не знаю, сколько я пролежала, окаменев от ужаса, прежде чем начала истерически вопить. Сэр Рикард де Берг пришел мне на помощь и снял с меня мертвеца. Сэр Рикард всегда был рыцарем без страха и упрека. Не знаю, что бы я без него делала.
Розамонд сочувственно коснулась ее руки.
— Леди Элеонора, я ничего не знала.
Элеонора вытерла глаза и рассмеялась:
— Как видишь, если я могла вынести все это в первую брачную ночь, значит, и ты вытерпишь пылкого Роджера де Лейберна.
— Я не хотела выходить за него замуж, потому что воображала себя влюбленной в сэра де Берга, — призналась Розамонд.
— Сэр Рикард — само благородство и очень красив, но не подходит тебе по возрасту, дорогая. Ты отдала ему свое сердечко, потому что он казался тебе похожим на отца, как мне — Уильям Маршал. Я поняла это, лишь страстно влюбившись в Симона. Так будет с тобой и Родом.
«Нет. Я выйду за Роджера, но не позволю себе влюбиться. Твои слова только доказывают, что любить кого-то означает потерять.
Больше я никогда этого не допущу», — подумала девушка.
Оставшись наедине с Деми, она рассказала подруге, что все-таки согласилась стать женой сэра Лейберна. Деми восторженно заахала и стала расспрашивать, что заставило Розамонд передумать. Та поведала ей, что едва не утонула в реке и только отвага Роджера спасла ей жизнь. Разумеется, она и словом не обмолвилась о последовавшей за этим ночи и ласках, которые они друг другу дарили.
