Я обещаю
С того самого момента, как мы покинули Лос-Анджелес, я ощущала себя героиней третьесортного роуд-муви, притом что «роуд»9 в нем никак не заканчивалась. Высокие пальмы вдоль дороги сначала сменились кустами-полуросликами, а потом нас и вовсе окружила пустыня, где лишь изредка встречались растущие островками кусты креозота, чоллы, юкки да солончаки.
С Бланжем мы не разговаривали. С тех пор как наши планы так кардинально изменились, я полностью игнорировала его существование. Хотя, возможно, это было глупо, учитывая, что именно он сидел за рулем автомобиля, увозящего меня все дальше в глубь страны.
Надувшись, я глядела в окно на не меняющийся пейзаж, а Бланж… Бланжу, кажется, на все было вообще плевать. Или он просто успешно делал вид, что ситуация его никак не задела.
– Держи, – протянул он мне шоколадный батончик на одной из заправок, сел в машину и пристегнулся. Мотор GMC – невероятных размеров пикапа, где на открытой площадке кузова были закреплены два мотоцикла, – мягко гудел в тон работающему кондиционеру.
– Когда доберемся, найдем место, где можно будет нормально поесть.
Я повернулась. Лицо Бланжа оставалось бесстрастным, как у игрока в покер.
– Пытаешься меня задобрить после своего провала?
Он провел ладонью по волосам. Уже в десятый раз за поездку. Постригся бы, что ли, чтобы не мешали, а то так и нервный тик недолго заработать.
– Пытаюсь не раздувать драму на пустом месте.
– Что? – переспросила я. – Хочешь сказать, что я не имею права злиться?
– Имеешь. Но толку от этого никакого.
К тому же мы почти добрались до места, но так и не обсудили, как будем вести себя дальше.
– И не станем, – насупилась я.
– Жак…
Я втянула горячий воздух и, откинув голову назад, закрыла глаза, а чуть погодя произнесла:
– Слушай, Бланж, я понимаю, что для тебя это всего лишь игра. Еще одно из длинной череды соревнований, которые тебе так важно выиграть. И я тебе за это не выговариваю. Как и за то, что плевать ты хотел в этот момент на меня и мои чувства. Сделка есть сделка.
Но просто оставь меня в покое хоть ненадолго. Я не хочу с тобой разговаривать."
"Кажется, речь возымела эффект, потому что он и правда замолк. Не стал даже язвить, а я снова отвернулась к окну, глядя на… да ни на что не глядя. Не на что там было смотреть.
Следующий час прошел в тишине, нарушаемой только музыкой, звучащей из колонок, и тихой вибрацией моего телефона.
«Как дела, детка? Держи меня в курсе, а то я за тебя переживаю», – писала мне Кэсс.
