— Обе чудесные девушки, надеюсь, хотя бы одна из них приглянется нашему генералу. Была ещё одна кандидатка, но её пришлось забраковать: уж слишком ветреной она мне показалась.
— Прекрасно, прекрасно, милая, — Её Величество помакала печенье в чае и откусила от него маленький кусочек. — Я весьма довольна. А что скажут другие роньи?
Я вжала голову в плечи и сделала вид, что занята борьбой с долькой лимона в чае. Но Валерьяна сама отсрочила минуту моего позора и сдержанно сообщила:
— У моего клиента тоже сегодня встреча с первой невестой.
Рон Верус, конечно, обладает своеобразным характером и взглядом на жизнь, но, думаю, мы подберём ему идеально подходящую супругу. Главное, что начало уже положено.
— Полностью с тобой согласна, — покивала королева. — Главное — начать. Ну а ты, Варвара, чем меня порадуешь?
— Я? — я натянула улыбку, распрямила плечи. — У меня тоже… начало положено. Старт, так сказать.
Ага, фальстарт это, а не старт!
— Прекрасно… И? — Алитта смотрела на меня выжидательно.
— И… Уверена, у рона Эриша тоже скоро будет первое свидание, — пообещала я.
— Очень бы этого хотелось, — королева улыбнулась.
А я вдруг набралась храбрости и выпалила:
— Ваше Величество, можно будет потом поговорить с вами наедине?
— Наедине? — она удивлённо приподняла брови. — Ну хорошо…
— Благодарю, — я кивнула.
Далее беседа пошла в более непринуждённом русле, обсуждались всякие женские штучки, наряды, сплетни. Под конец нам ещё вручили приглашение на новогодний королевский бал. Похоже, это о нем говорил Витольд.
— Надеюсь, на балу вы порадуете меня ещё большими успехами, — сказала королева.
У меня, увы, за эти десять дней маловероятно, что случится какой прогресс. Разве что провидение какое поможет.
Затем Белла и Валерьяна ушли, а я осталась на нагло выпрошенный «разговор» с королевой.
— Я дойду сама, — заверила я спутниц, когда они засомневались, стоит ли меня ждать.
— Только не потеряйся по дороге, — съязвила Валерьяна на прощанье.
— Не переживай, у меня нет топографического кретинизма, — ответила я ей в тон.
— У меня хорошая зрительная память.
— И о чем же ты хотела поговорить, милая? — королева сама разлила нам новую порцию чая по чашкам.
— О герцоге Эрише, — призналась я. — У него очень сложный характер, и он категорически против женитьбы. Простите, но он даже вам просил это передать.
Я боялась, что королева разозлится на такое откровение, но вместо этого она рассмеялась:
— О, узнаю малыша Демиана! Упрямства ему не занимать.
