Девушку охватила нервная дрожь, но она тотчас же услышала шепот Адама:
– Не волнуйтесь, если споткнетесь или если я наступлю вам на ногу. Будем продолжать как ни в чем не бывало. Нам нельзя останавливаться. Понимаете?
Кэтрин кивнула и тихо сказала:
– Ах, все на нас смотрят…
– Ну и пусть. Я хочу, чтобы вы расслабились и наслаждались своим первым танцем. – Заключив ее в объятия, граф с улыбкой добавил: – А теперь давайте покажем им всем, как правильно танцуют вальс.
Когда заиграла музыка, Адам в нужный момент сделал шаг вперед, а Кэтрин, напротив, отступила на шаг.
И носки их туфель ни разу не соприкоснулись, когда они двигались по паркету. Грудь Кэтрин высоко вздымалась, а сердце билось так, словно хотело выскочить из груди. Ведь она танцевала на балу с самым привлекательным джентльменом во всем Лондоне! Да, конечно, она прекрасно знала, что была не столь грациозна, как другие молодые леди, но ее это нисколько не беспокоило. Потому что сейчас Кэтрин чувствовала себя так, словно именно она была самой грациозной красавицей на свете.
И все происходило в точности как в ее мечтах – она танцевала на балу с неотразимым лордом Грейхоком! В какой-то момент она забыла обо всем на свете, и теперь для нее существовал один лишь Адам, по-прежнему обнимавший ее и круживший в такт музыке.
Когда же танец наконец закончился, толпа разразилась аплодисментами. И только сейчас Кэтрин осознала, что они с Адамом были единственной танцующей парой. Ее тетя и дяди стояли в первом ряду и хлопали громче всех.
А потом она услышала крики: «Браво, замечательно, блестяще!»
Кэтрин улыбнулась своему партнеру, а тот сказал:
– Дорогая, сделай им реверанс.
Граф по-прежнему держал ее за руку, и она, чуть приподняв другой рукой подол платья, присела в реверансе под продолжавшиеся аплодисменты. А потом Адам вдруг опустился перед ней на одно колено, и аплодисменты тотчас же стихли – в зале воцарилась абсолютная тишина.
– Мисс Кэтрин Райт, согласны ли вы выйти за меня замуж и стать моей женой? – раздался голос графа Грейхока.
Вокруг тут же послышались возгласы изумления, а Кэтрин в растерянности пробормотала:
– Вы же знаете, что я не могу…
– Тогда позвольте задать вопрос иначе, – отозвался граф. – Согласны ли вы выйти за меня замуж и подарить мне сыновей?
Кэтрин замерла, ошеломленная. А Адам с улыбкой добавил:
– Я принимаю ваши условия. Мысль о том, что вы понесете ребенка, и до сих пор пугает меня до ужаса, но я сумею справиться с этим.
