Анита, прошлое, 8 лет назад
С каждой минутой мое беспокойство начинает расти и в конце переходит в тревогу. В памяти тут же всплывает картина, которую я вряд ли когда-то забуду: дом Воронова, второй этаж, беззащитная Настя и двое ребят, которые готовы были ею воспользоваться.
Успокаиваю себя тем, что она не пьяна – один коктейль не считается. Да и то он, скорее всего, безалкогольный: она ведь за рулем.
– Вам что-нибудь нужно?
Это официант. Наверное, заметил, что я кручу головой, и решил, что клиент хочет сделать новый заказ.
Боже, тут за этот не знаешь, как расплатиться. А что, если Настя уехала, а потом окажется, что никакого кредита здесь нет? Или кредит для нее, а я должна заплатить?
Пытаюсь внушить себе, что то, что можно решить с помощью денег, – всего лишь траты, а не проблема. И мысль отморозиться и незаметно сбежать исчезает. Да, признаюсь, была и такая.
– Нет, ничего не нужно, – вымучиваю улыбку. – Мы, наверное, пойдем. Сколько с нас?
– Все записано на счет, – отвечает вежливо он, видимо, замечает, как я выдыхаю, и добавляет значительно тише: – Не волнуйтесь.
Вы можете оставаться, сколько хотите, и заказывать, что вам захочется.
– Спасибо, но правда уже ничего не нужно. Только… можете выписать счет на половину того, что мы сегодня потратили? Это я для себя, чтобы знать.
Если он и удивлен, то не показывает этого. Спустя пару минут приносит мне счет, который я после шокотерапии прячу в карман юбки. Подхватив сумочку, спускаюсь на первый этаж.
Насти так же не видно.
Толкаюсь среди танцующих – бесполезно. Воображение рисует картины одну хуже другой, а потом я неожиданно ее замечаю. В углу бара. Совершенно одну, если не считать коктейля, который она потягивает через трубочку, о чем-то болтая с барменом.
– Ты меня напугала, – говорю, усаживаясь с ней рядом. – Я думала, ты меня бросила.
– Я? – фыркает она удивленно, оборачивается ко мне, и еще до того, как она начинает говорить, я понимаю, что она опьянела. – Я – лох. Я не умею первой бросать.
Это меня все бросают.
Говорит чуть нараспев, глаза блестят, на щеках румянец. Даже если первый коктейль был с алкоголем, а это второй – этого слишком мало, чтобы так захмелеть. И времени ведь прошло не так много, значит, коктейль – прикрытие. Она пила что-то покрепче, забывая закусывать.
– Так, – теперь уже я тяну ее за руку, заставляя соскочить с барного стула, – пойдем-ка домой.
– Давай, – соглашается она неожиданно легко.
Мы спокойно выходим на улицу.
