Я икнула, а Эмма очнулась и смущенно посмотрела на меня.
– Прости, не хочу брать грех на душу. Хотя желание подобное есть, вынуждена признать. Ладно, времени прошло немало, мне пора уходить, а я не выяснила самое главное. Что у тебя с Дарреном? Надеюсь, ничего серьезного?
Я снова икнула и задумалась. Есть ли у меня что-то серьезное со Змеем? Боюсь, что нет… Признаться он мне не признался, хотя и я тоже хороша. Но принцу это совсем не нужно, зачем ему какая-то безызвестная Колючка? И я решительно помотала головой.
– Ну и хорошо, – удовлетворенно заявила Эмма, а я подняла брови.
– Его ты тоже не любишь?
– Мы с ним не ладим, – поморщилась она, – он же понимает, кто помог сбежать его матери. Слишком умный, как тебя до сих пор не раскусил, не понимаю, ты точно можешь собой гордиться.
Я вздрогнула, вспомнив, что он знает – я не принадлежу к семейству Рэйн, и задала сразу кучу вопросов:
– Чем он занимается на Таррине? Он на самом деле магистр? А Эриан Олберт существует?!
Эмма кивнула:
– Правда, Даррен с отличием закончил Лионскую Академию магии, там с двенадцати лет учатся.
А на Таррине занимается вопросами законности и пишет что-то по теории и практике магии.
Да уж, видимо, хорошо пишет! Если разбирается почти во всем! Змей!
– Эриан Олберт существует, – продолжила бабуля, – мерзкий тип. Адриан даже не хотел утверждать кандидатуру его отца на должность Главы Гильдии, но все-таки не стоит судить о достойном человеке по его детям. Как маг Джарел очень хорош. Где Эриан сейчас – сложно сказать, но в этом году в Академии не появлялся.
Даже не представляю, что тут устраивал Даррен, если изображал из себя младшего Олберта. Тебе сильно досталось? Ферт говорил, что вы постоянно ругались. Но хоть не полностью вжился в роль, хотя я удивлена, что Даррен использовал прямую передачу, редкий дар метаморфов, и не каждый из их расы на это способен. Питер не смог спасти первую жену, когда она умирала, и сам при этом едва не погиб. Ты точно уверена, что между вами ничего нет?
Я неопределенно пожала плечами, но бабуля, похоже, удовлетворилась.
А я задумалась – столько сведений! Но я все-таки задала еще один вопрос:
– Что будет с сестрами Ламмер?
– Получат то, что заслужили, – со злостью заявила Эмма, – если бы я знала, что адептка Рэйн – это ты, я бы убедила Адриана применить смертную казнь. А так магии их лишат, в тюрьму отправят.
Я вздрогнула, даже жалко их стало… хотя быстро избавилась от этого чувства.
