Я погладила ее по спине и прикусила нижнюю губу.
— Давай я чай заварю, и ты мне всё расскажешь, — вздохнула и встала, направляясь к чайнику.
Не сразу, но Мила чуть успокоилась, хотя всё равно иногда продолжала всхлипывать.
— Помнишь, я тебе говорила, что встречалась с бизнесменом? — спросила у меня, сморкаясь в платочек.
Я заварила чай и подала одну чашку ей.
— Который электроникой занимался?
Что-то такое припоминала. Помню, что не одобряла ее встречи с человеком старше на пятнадцать лет.
— Который обещал развестись с женой и на мне жениться, — выговорила Мила и снова заревела, прикрывая ладонями лицо.
— Мил, — начала говорить, но ни слова не смогла выговорить, ведь не хотелось сыпать соль на ее девичьи раны.
Я еще тогда говорила, что не стоит верить всем словам, которые говорят мужчины, в особенности, когда ему нравится женщина. Понимала, что права, но больше всего мне сейчас было жалко Милу.
— Ничего страшного, будет другой мужчина, который тебя полюбит и не будет занят, — погладила ее по коленке, никак не комментируя ее наивность и влюбленность в женатого, хотя в душе не одобряла ее выбор и действия.
— Не будет ничего уже у меня, не будет, — всхлипнула и разревелась, отчего глаза у нее стали аки щелочки, а лицо опухло.
— Что случилось? — спросила, в напряжении ожидая, что она скажет.
Вот только вместо ответа она опустила глаза вниз и положила руки на живот. Я проследила за ней взглядом и всё поняла без слов. Прикрыла глаза, ведь в этот момент ничего ободряющего сказать я не могла.
Поставила чашку на стол и подошла к ней, обняла. Всё, что я могла сейчас сделать — это подарить объятия и дать поддержку.
— Родителям сказала? — спросила у нее.
— Думаешь, им есть до этого дело? У них свои своих проблем хватает, — осипшим глухим тоном ответила она и уткнулась мне в грудь.
Футболка быстро пропиталась ее слезами, а мне стало еще больше обидно за нее. В такой ситуации родители из глубинки ничем не могли ей помочь. Мать — доярка, отец — обычный трудовик в школе, а с учетом славы ее старшей сестры, они первыми заклюют Милу и закидают камнями.
Кое-как успокоив ее, уговорила лечь спать, в таком состоянии ничего решать нельзя.
— А мужчине сказала? — спросила ее в конце, отчего-то знала, каков будет ее ответ.
— Он деньги дал, — глухо ответила она, легла на кровать на спину и бездумным взглядом посмотрела на потолок.
— Будет поддерживать ребенка? — переспросила, неправильно понимая ее слова.
Она отрицательно покачала головой и прикрыла глаза.
