Я вычленила слова типа “уродка, нищенка”, но они меня не задевали, ведь я точно знала — ко мне они отношения реального не имеют. Но никому о моей семье знать не стоит, пусть для всех я лучше так и останусь обычной среднестатистической полуголодной студенткой.
— Американо и круассан с сыром, — первой подошла к стойке, от которой как раз отошли последние покупатели.
Светловолосый парень по ту сторону улыбнулся, поздоровался и стал вбивать мой заказ.
— Тоже самое, — подошел сбоку Кирилл, облокотился и уставился на меня немигающим взглядом.
Меня это нервировало, будто препарируют и пытаются распознать все мои тайны, а уж с кем, но с ним я ими делиться не желала.
— Что-то еще? — спросил блондин, при этом глядя почему-то только на меня.
Сбоку послышался недовольный рык, но, когда я повернула голову, на лице Соловьева отображалась лишь скука. Он приподнял бровь, как бы спрашивая меня, буду ли я что-то еще заказывать.
— Нет, всё, — отвернулась снова к парню и отрицательно покачала головой.
Пристальное внимание Кирилла сбивало с толку и мешало сосредоточиться.
— Счет совместный или раздельный? — спросил и перевел взгляд на букет, который вдруг показался мне тяжелее, чем до этого.
— Да, — выпалила, не разобрав, что у меня спросили, но вычленила главное, пытаясь в это же время освободить одну руку.
— Я плачу! — рыкнул сразу же Кирилл, но недовольства скрыть не смог.
— Раздельный, — одновременно с ним буркнула я, когда до меня дошел смысл вопроса.
Вместе с тем я сразу потянулась за телефоном, который лежал в кармане.
Настолько привыкла к мобильным платежам, что даже не помню, где лежит собственный кошелек.
— Держи, — полностью проигнорировал мои слова Кирилл и протянул карту парню.
Только было я дернулась, чтобы возразить, как вдруг карточкой быстро провели по терминалу, оплата списалась, и я просто осталась стоять с открытым ртом.
— Через пять минут будет готово, — доброжелательно улыбнулся парень, но глаза тревожно поглядывали на Соловьева.
Я обернулась на Кирилла, выискивая, что же так напугало баристу, но наткнулась лишь на изогнутые луком губы и поблескивающие превосходством глаза.
Гад. Змей ползучий.
— Я тебе верну, — сказала ему, чтобы не думал, что имеет право за меня расплачиваться.
Отвернулась, не хотела видеть его полное самодовольства лицо, и пошла с цветами в сторону свободного столика в углу у окна.
— Попробуй, — донесся до меня сзади его насмешливый голос, но я не ответила на этот выпад, поджала губы. — Ни одной не удавалось.
