Зачем мы им? Для чего наемники, хапторы, дроми, люди? Они могут целое войско сервов наделать. Чем плохи боевые роботы? У нас ведь есть такие, да? В космическом флоте?
— Есть. — Вальдес кивнул. — Ты слышала о теореме Глика-Чейни? Ее еще называют Первой теоремой психокибернетики? Слышала, нет? Она утверждает, что искусственный разум с высоким интеллектом не способен к убийству и уничтожению. Есть определенный порог, выше которого нельзя поднять интеллект боевого робота, иначе он станет профессионально непригоден.
А война такое сложное занятие, что требует отличных мозгов… Вот и получается, что туповатые роботы лишь помощники в бою, но не самостоятельная сила. Лоона эо это понимают. Их сервы не тупые, и потому не бойцы.
— Но они могли бы попытаться… У них больше знаний, чем у нас.
— А еще больше было у даскинов, создателей квазиразумных тварей, способных к ментальному обмену. Об этих ты слышала наверняка — бино фаата нашли их в каком-то заброшенном мире и теперь используют на всех уровнях технологии.
Такой мозг, управляющий огромным кораблем и целым флотом модулей, тоже огромен, однако убивать не может. Он способен к уничтожению и убийству только в контакте с фаата, с живым разумным существом.
Инга обдумала эту мысль, потом, приложив к щекам ладони, повернулась к Вальдесу. В глазах ее стыла печаль.
— Тогда кто же такие мы, Сережа? Люди, фаата, кни'лина, хапторы, дроми, все остальные? Мы существа с высоким интеллектом, однако можем убивать и делаем это с охотой… Мы летаем к звездам, но несем в чужие миры смерть, разрушение и горе — то же, что принесли на Землю фаата в год Вторжения… Мы разумны, однако…
Он вскинул руку, прервав ее:"
"— Кроме интеллекта и разума есть подсознание, есть эмоции и чувства.
Одни подчиняются логике, другие мы не способны объяснить логически, не можем запрограммировать, и это фундаментальный запрет. Самопожертвование ради хозяина-человека, верность, преданность, долг — с этим нет вопроса, это скорей порождено разумом, не чувством.
Но страх, жестокость, храбрость, ненависть, любовь не имеют алгоритмов, и никому не известно, как заложить их в искусственный мозг. Если бы такое удалось…
Вальдес замолчал, пытаясь найти подходящие слова.
— Если бы удалось… — повторила Инга. — Что было бы тогда?
Он поднялся и пожал плечами:
— Не знаю, тхара. Наверное, то был бы не робот, а настоящий человек.
ПОРТУЛАН ДАСКИНОВ.
