— Что это значит? Ты что, такой страшный?
— Ну как же, ребенок Виктора считает своим папой, а Анютка боялась, что я начну парню рассказывать, что дядя Витя — не настоящий папа, а настоящий — я. Просто монстра какого-то из меня вылепила. Теперь больше не боится. Томка, я открою тебе страшную тайну, только поклянись, что никому не скажешь.
— Обижаешь. Тебе поклясться под салютом всех вождей, как в детстве, или обойдешься одним моим честным словом?
— Честного слова хватит, — рассмеялся Андрей.
Она поставила чашку на столик, поджала под себя ноги и приготовилась слушать.
— Ну, давай свою страшную тайну.
— На меня Денис работает.
— Кто?!
От изумления она чуть не подпрыгнула на полке.
— Дениска. Я с ним потихоньку договорился, чтобы Родька и Люба не узнали.
— И что он для тебя делает?
— Компьютерную игру для пожилых людей с учетом всех их особенностей. Зрение, скорость реакции, объем знаний, память и все прочее. Он придумывает сценарий и вместе с группой ребят-компьютерщиков, которых я подобрал, пишет программу.
— С ума сойти! — выдохнула Тамара. — А почему ты не хочешь, чтобы Люба с Родиком знали?
— Да мне-то все равно, это Денис попросил ничего им не говорить пока. Понимаешь, у меня планы грандиозные и далекоидущие, я смотрю вперед, а к подбору и расстановке кадров я всегда относился очень ответственно. Я люблю собирать команду единомышленников.
— Знаю, — кивнула Тамара.
— Ну вот, и мне пришло в голову, что Дениска — талантливый программист, а его Юля — будущий врач. Улавливаешь ход моих мыслей?
— Кажется, да.
Лихо ты придумал.
— Ну а то! За работу я Дениске хорошо заплачу, он давно уже подрабатывает написанием программ, но это так, по мелочи, а я дам ему достойный заработок. И в дальнейшем положу хорошую зарплату. И Юле тоже. Я заберу их в Томилин, дам жилье прямо в усадьбе, да такое, о котором они в Москве и мечтать не могут. Пусть живут и работают, пусть детей рожают.
— Все это замечательно, — задумчиво произнесла Тамара, — но я не поняла, почему надо скрывать это от Любы и Родика.
Денис чего-то боится?
— Конечно. Он боится, что отец начнет его отговаривать. Ты же знаешь Родьку, для него столица — единственное место, подходящее для достойной жизни, а все, что находится за пределами Кольцевой дороги, уже глухая провинция, в которой приличному человеку не место. Ума не приложу, откуда в нем появилась эта барская спесь! Ведь был же нормальным мужиком, а превратился черт знает во что.
— Да, — согласилась Тамара, — спеси в нем много.
