Сестры просидели за разговорами до пяти утра и, конечно же, съели и все то, что было приготовлено Любой, и то, что привезла Тамара. Под конец в ход пошли «лимонные дольки», купленные еще месяц назад и благополучно забытые в кухонном шкафчике. Просто удивительно, сколько чаю можно выпить во время таких бесед, а с чаем так хорошо идут печенье, конфеты и прочие сладости!
— Здравствуй, лишний килограмм, — со смехом произнесла Люба, когда они уже расходились, чтобы поспать хотя бы два часа.
Тамара беззаботно махнула рукой.
— Да брось ты, Любаня, ты в отличной форме, даже если килограмм прибавится, он тебя не испортит. О себе я уж не говорю, как была тощей — так и осталась, ничто меня не берет.
На цыпочках, чтобы не разбудить Дениса, они поднялись по лестнице наверх. Перед дверью Лелиной комнаты, где будет спать Тамара, Люба остановилась, обняла сестру и крепко поцеловала.
— Спасибо тебе, Томка, мне всегда легче становится после того, как мы с тобой так посидим. Хорошо, что ты у меня есть. Только не бросай меня, ладно? У меня никого нет, кроме тебя.
— Ну что ты выдумываешь? — строго произнесла Тамара. — У тебя есть муж, у тебя есть дочь, у тебя есть Дениска, разве тебе мало?
— Лели у меня нет, это я уже поняла. Она сама по себе, даже не приезжает, ее не тянет домой. И Дениски у меня нет, — грустно ответила Люба. — Он есть у Родика, а у меня — нет. А что касается мужа… Я же тебе все рассказала. Иногда я даже думаю, что, может быть, было бы лучше, если бы его у меня не было.
— Перестань! — рассердилась Тамара.
— У тебя прекрасный муж, и ты прожила с ним сорок три года. Сорок три года! Это ж подумать страшно. Просто он тебе немножко надоел, но это временное явление и, кстати, совершенно естественное, если учесть ваш семейный стаж. Иди спать и выброси из головы всякие глупости.
* * *Андрей Сергеевич Бегорский слов на ветер не бросал, он взял билеты на поезд и не отставал от Тамары до тех пор, пока она твердо не пообещала поехать с ним. Билетов было четыре, в спальный вагон, чтобы каждый мог ехать в отдельном купе.
В поезде Тамара сразу переоделась в лосины и яркую свободную майку, убрала дорожную сумку под сиденье и вытянулась на полке. После четырех смен, которые она отстояла на ногах, больше всего на свете ей хотелось снять обувь и принять горизонтальное положение. На вокзал к поезду, отходящему в 23.20, она приехала прямо с работы, и ноги гудели и ныли.
Едва она успела надеть очки для чтения и открыть книгу, как в дверь постучался Андрей.
