Но я, кроме того, еще и умный, и справедливый, и дальновидный. А ты — нет.
— Камешек…"
"— Я всё сказал. Или давай дальше смотреть, или лети к своей белочке, а мне на мозги не капай.
Ворон понурился, попереминался с лапки на лапку.
— Ладно, давай смотреть. Только чур — я сразу в двухтысячный год полечу, ладно? Мне в девяносто девятом надоело, когда мы с тобой сериал про спортсмена смотрели, на девяносто девятом надолго застряли, у меня от этого года уже оскомина, я там все наизусть знаю до последнего дня, до отставки Ельцина.
А в двухтысячном уже Путина выбирали, там как-то поживее дело пошло. Хорошо? Не возражаешь?
— Не возражаю. Только смотри, насчет Романовых ничего важного не пропусти.
* * *В качестве руководителя службы экономической безопасности Любовь Николаевна Романова чувствовала себя отлично. Тут было где развернуться ее деловой фантазии и интуиции и было на чем применять огромный опыт и глубокие знания. Андрею Бегорскому не пришлось жалеть о принятом решении.
Теперь она часто задерживалась на работе и иногда приезжала домой даже позже Родислава.
Приезжала — и вставала к плите, бралась за тряпку и пылесос, стирала, убирала, гладила, спать ложилась далеко за полночь, вставала рано и все время не высыпалась. Иногда она чувствовала, что больше не может бороться со сном, и договаривалась с Бегорским, что возьмет свободный день среди недели, а в воскресенье выйдет на работу.
И в воскресенье, 27 августа 2000 года, Люба сидела в своем кабинете, который теперь располагался уже не на шестом, а на четвертом, «руководящем» этаже административного здания холдинга «Пищевик», и составляла план внеочередной проверки Иркутского филиала, где, как ей казалось, шли хищения.
Около половины шестого позвонил отец.
— Любочка, ты где?
Вопрос был закономерным: отец звонил на мобильный телефон.
— Я на работе.
— Почему в воскресенье?
— Много работы, папа. Как ты?
— Не обо мне речь. Любочка, ты ничего от меня не скрываешь?
— Господи, папа, — рассмеялась она.
— Что я могу от тебя скрывать? Я на работе, можешь перезвонить на городской телефон и проверить.
— Я не об этом. Ты ничего не слышала? Ничего тревожного?
Люба растерялась. В чем дело? Что отец имеет в виду?
— Телевизор не работает, все телепрограммы отключаются, НТВ пропало, «Культура» не показывает, а теперь уже и Первого канала нет, и «России» тоже. Люба, скажи прямо: началась война? На нас напали? Где ты на самом деле?
Ей стало страшно.
