Они кормят наше новое ответвление — ракхасов Громалы. Если это не смогут сделать местные крестьяне, например, из-за разбоев бандитов, то придется нашим, а это уже ударит по нашим карманам.
— Блин, Даня, — вскипает бывшая Соколова. — Да поняла я! Поняла!
— Пускай я пока не облегаю налогом Ночной Пик, — продолжаю невозмутимо, и блондинка замолкает. — Но это лишь пока. В будущем можно пересмотреть политику, например, когда урожаи у крестьян будут обильные, они будут в безопасности и почувствуют себя в достатке.
Понимаешь?
Светка медленно кивает, её плечи опускаются.
— Поняла, — бормочет она.
Кострица с суровым видом смотрит на Светку, а затем поворачивается ко мне и делает лёгкий поклон:
— Прошу прощения за этот пробел в обучении вашей супруги, милорд. Это моя вина, — спокойно заявляет она.
Я удивленно приподнимаю бровь. Пробел в обучении? Я что-то пропустил? Кострица ведь учит Светку только воинскому делу: техникам боя и магии огня. Ведь так?
— Но ты же её наставница только по воинской части… — замечаю.
— Настоящий воин должен разбираться во всём, — с лёгким укором говорит Кострица, а в её глазах вспыхивает сталь. — Включая тактику, дипломатию, управление ресурсами. — она бросает на Светку полный обещания взгляд, от которого моя блондинистая жена мгновенно теряет весь свой пыл. — Я обещаю, милорд, мы наверстаем пробелы.
Мне вдруг становится жалко блондинку. Ох, держись, жена! Похоже, теперь тебя ждут не только долгие часы на тренировочном полигоне, но и вечера за учебной партой.
Понял это не только я. Светка, поджав губы, испепеляет меня взглядом. «Ну, спасибо, мужжж, фака!» — читается в них так ясно, что я спешу отвернуться и посмотреть на птичек в окошке.
А что поделать? Уроки есть уроки.
Короче, разбойников надо мочить. Только как к ним подобраться? Вернее, как их поймать? Слишком уж они слабы и трусливы, да и наличие шестилапок позволяет им легко свалить при малейшей угрозе. Ждать до ночи, чтобы использовать Покров Тьмы и подобраться к лагерю, не хочется.
Время жалко.
Поэтому кардинально меняю стратегию. Для начала накидываю на себя обличье старика — спасибо Хоме, у которого этих личин уже несколько штук.
Мое преображение удивило всех в машине.
— Милорд? — офигевает Кострица.
— Ну ты и старый дед, Даня! — удивляется Светка.
— Уважай старших, внученька, — скрипучим голосом произношу, и блондинка смеется.
— Мазака? — принюхивается Змейка и утвердительно кивает.
