Наталья протянула было руку, но он отрицательно покачал головой, развернул записку и поместил ее поверх бумаг в раскрытой папке."
"– Я не имею права передавать вам записки. Вы посмотрите издалека, вот я вам повернул листочек, чтобы вам было удобно читать, видите? Сможете прочесть?
Наталья вытянула голову, сощурила глаза, потом кивнула. Кирган знал, что в «допросных» могут быть установлены камеры видеонаблюдения, уж сколько его коллег-адвокатов на этом прокалывались, передавая подследственным наркотики или еще что-нибудь запрещенное.
Читала она медленно. Наконец Кирган увидел, что она снова втянула голову в плечи и приняла прежнюю позу.
– Ну, так что, Наталья? Будем писать заявление? Или я пойду?
– Я не знаю, что нужно писать, – кивнув, невнятно проговорила она.
– Я продиктую.
Виталий достал чистый лист бумаги и ручку и пододвинул Аверкиной. Она медленно писала под его диктовку, и Кирган удивился тому, какой у нее оказался четкий и красивый почерк.
– И что теперь будет? – задала она снова тот же вопрос, закончив писать.
– Теперь я отнесу ваше заявление следователю и смогу ознакомиться с материалами, которые есть в вашем деле. А потом приду к вам еще раз, и уже тогда мы побеседуем более предметно.
Она покорно кивнула, уставившись глазами в обтянутые спортивными брюками коленки.
Виталий вышел из здания изолятора, испытывая огромное облегчение. Тюрьма его никогда не угнетала, он давно привык, но вид этой Аверкиной… И ее невнятное бормотание, словно во рту каша… И ее непрезентабельный вид… И тупая покорность… Но во всем есть свои плюсы: Наталья Аверкина – не боец, это сразу видно, зато она и не стала возражать против замены адвоката, и времени на все про все ушло совсем немного.
Так что есть хорошие шансы реализовать план быстрого ознакомления с материалами дела, а там, глядишь, и второе свидание удастся организовать прямо сегодня. Нужно только немного везения: чтобы следователь Рыженко, век бы ее не видеть, оказалась на месте и чтобы подфартило с «допросной».
Первая из вожделенных «удач» не заставила себя ждать: Надежда Игоревна Рыженко сидела в своем кабинете и, ознакомившись с заявлением подследственной Аверкиной и письменным ходатайством адвоката, молча вынула из сейфа папку с материалами уголовного дела и, не произнеся ни слова, кивнула на свободный стол рядом с дверью в коридор. Кирган уселся, достал блокнот и приготовился делать выписки.
25 декабря 2010 года в 14.
