Звонить и договариваться о встрече он не стал, решил съездить наудачу, ибо знал точно: неготовый к разговору человек куда чаще и быстрее говорит правду, нежели тот, кто тебя ждет и к разговору успевает подготовиться. Ну, не застанет он Дениса дома – и ладно, в другой раз попробует, но заранее звонить все равно не станет.
Антону повезло, едва он нажал кнопку звонка, как дверь немедленно распахнулась. Похоже, этот невзрачный субтильный парнишка с редкими волосами и прыщами на лице кого-то ждал. Придется его разочаровать.
– Вы Денис Чернецов? – вежливо спросил Антон, доставая удостоверение.
– А в чем дело? – с вызовом спросил парень. – Вы кто? – На удостоверение он кинул всего один короткий и незаинтересованный взгляд.
– Я хотел бы поговорить с вами о вашем дяде.
– О дяде Жоре? – Денис, казалось, ни капли не обеспокоился и не удивился, словно оперативники с Петровки регулярно навещали его именно с вопросами о покойном дядюшке. Интересно.
– Да, о Георгии Петровиче. Вы давно проживаете в этой квартире?"
"– Давно, года три уже, – беззаботно улыбнулся Денис.
– Как приехал из своей деревни, так и поселился у него. Дядя Жора – материн брат, родной, так что он меня принял без разговоров. А что? И ему хорошо, и я при жилье.
– А ему-то чем хорошо? – спросил Антон. – И кстати, можно пройти куда-нибудь или мы так и будем на пороге стоять?
– Конечно, проходите. – Денис махнул рукой в сторону комнаты, обставленной довольно убого. Однако среди всего этого убожества сверкали явно недавно купленные предметы – дорогой музыкальный центр, плазменная панель телевизора и на столе – мобильный телефон последней модели, самый модный и навороченный.
– Дядя Жора сильно пил, допился до цирроза, а я за ним ухаживал, в магазин ходил, в аптеку, еду готовил, убирался. В общем, всем выгодно. А мамка моя с ним не общалась совсем, так что от нее никакой помощи не было. Поэтому он все мне оставил, ей ни копья не выделил.
– А что ж так? – полюбопытствовал Антон, усаживаясь на продавленный диван. – Родная сестра все-таки.
Денис оседлал верхом стул, производивший впечатление довольно-таки шаткого, того и гляди рухнет.
– Да ну ее, дурная она у меня, считала, что дядя Жора сам виноват в своей болезни, потому что пил сильно. А она пьющих мужиков на дух не выносит. Подумаешь, цаца какая! В деревне ведь живет, а какая деревня без пьющих мужиков? Она и батю моего за это дело выгнала, так что по ее милости я без отца вырос. Тоже мне, принцесса. Ну, как она к дяде Жоре – так и он к ней.
