Но гость все-таки успел обидеться и даже расстроиться, это Марго увидела совершенно отчетливо. Она еще раздумывала, попытаться ли исправить ситуацию и вернуть адвокату хорошее расположение духа, или оставить его помариноваться в собственной, такой детской обиде, как раздался звонок в дверь: пришел Ленар.
– Как там Наташа? – первым делом спросил он, едва войдя в комнату.
Маргарита Михайловна надеялась, что Кирган смягчит краски, но он Ленара не пощадил и рассказал все как есть, почти дословно повторив то, что уже поведал хозяйке.
– Улики против Наташи несокрушимы, – говорил он. – Ее видели как минимум шесть человек, и все безошибочно опознали и одежду, и саму Наташу, и у нее найдены деньги Кати. Это ничем не прошибешь, так что и не знаю даже, как ей помочь в такой ситуации.
Марго улыбнулась и тихонько пробормотала:
– Нередко кажется несокрушимым то, что, в сущности, легко уничтожить.
– Как вы сказали? – вскинул глаза Кирган.
– Это не я сказала, а Конфуций. Мудрый был дядька, жалко, что он не очень популярен сегодня.
– Ну и как вы предлагаете уничтожить бесспорные доказательства? – ехидно спросил он. – Взорвать следственный отдел? Устроить пожар в кабинете следователя? Или еще что-то не менее остроумное?
Марго не успела ничего ответить, потому что услышала, как гремит ключ в замке тамбурной двери: вернулся Борис Леонидович. Значит, сейчас ей придется уйти на кухню готовить ужин, а Борис тем временем пообщается с адвокатом и Ленаром.
Борис Леонидович готовить не умел и не любил, предпочитал покупать готовое в кулинарии, чем страшно сердил свою соседку, неустанно повторявшую, что она это приготовила бы лучше, вкуснее, быстрее и дешевле, и упрекавшую его: «Ты не еврей, Боречка, ты совершенно не умеешь считать деньги».
"
"Бориса Маргарита Михайловна считала страшным транжирой, который обожает шопинг, покупает дорогую готовую еду, всякую ерунду и, кроме того, очень любит делать подарки всем подряд. Но при этом была снисходительна и понимала: он просто искренне радуется, что у него есть деньги и он может их тратить, потому что в молодости денег все время не хватало, у Бориса Райнера была зарплата сначала аспиранта, потом старшего преподавателя, потом доцента, а надо семью кормить, и трат много, и престарелые родители.
Так что по взаимной договоренности Марго готовила на двоих и кормила Бориса, но готовила она без изысков; ей жаль было тратить время на кухне, она стряпала, как было принято в советское время.
