И можете хоть тысячу раз обвинять меня в измене, все равно, главное, я успел собрать сумму для проведения операции. Осталось только получить вознаграждение за эту командировку, которое пошло бы на переезд Аллы за «бугор» и реабилитацию после операции в элитном пансионате. А операцию ей сделают, и она будет нормально жить. Пусть без меня. Я готов пожертвовать собой ради любимой женщины!
Лунин неожиданно резко повысил голос:
– Перестань лицемерить, подонок! Женой решил прикрыться? Ее горем и болью? Да тебе плевать на нее!
Зайченко попытался что-то сказать, но подполковник оборвал его:
– Молчать! О жене ты беспокоишься? Черта с два.
Вот уже год, как ты тайно живешь с малолетней красоткой одного из элитных столичных салонов красоты. Она тебе дорого обходится. Только квартиру снять для развратных встреч стоит больше твоего служебного оклада. А бедной жене, узнавшей о предательстве, ты нагло лжешь. Тешишь ее мыслью о том, что все делаешь только ради нее! И Алла, не знаю, веря тебе или нет, но надеясь на то, что в конце концов избавится от мучительной болезни, вынужденно подыгрывает тебе и связным Кермана, как в последнем случае с фиктивным приступом.
Вот ее я понимаю, тебя же даже слушать не хочу. Ты – самая последняя мразь из тех тварей, что я встречал за свою жизнь. Перед прибытием на базу ты встретился со своей молоденькой любовницей. Не забыл сюсюканье в кафе на набережной? И то, что ты обещал этой смазливой гадюке? Напомнить?
Зайченко опустил голову:
– Не надо!
Но Лунин чуть ли не прокричал:
– А я считаю, надо!
Он повернулся к генералу и Полухарову:
– На вопрос любовницы, когда Зайченко наконец избавится от старой и больной жены-сучки и увезет молодую шлюху подальше от этой вонючей страны, – я цитирую слова любовницы Зайченко, – этот подонок ответил: «Скоро, кошечка».
Вот съездит в командировку и решит все вопросы.
Подполковник резко обернулся к капитану:
– Я ничего не путаю?
Зайченко промолчал.
Лунин продолжил:
– Ты, скотина, готовился убить жену, что не составило труда при ее болезни, и с проституткой из салона красоты бежать за границу.
Конкретно, в Грецию! Нами обнаружены твои счета в греческих банках. И спешу порадовать тебя, они заблокированы. А ты, гаденыш, полностью разоблачен.
Подполковник, смахнув со лба седую челку, опустился в кресло, доложив:
– У меня по Зайченко все! Если есть вопросы, прошу, задавайте!
Полухаров произнес:
– Да какие уж тут могут быть вопросы.
