Ответил:
– Да, Георгий Дмитриевич?
– О чем ты долго беседовал с Есаулом?
– Странный вопрос. После того как вы передали его в полное мое подчинение. Но если интересно, то расспрашивал Верехова о его людях. Мне важно знать, кто на что способен, чтобы не допустить срыва предстоящей акции. Есаул довольно подробно обрисовал каждого из своих бойцов. Оказывается, некий Левин являлся любовником вашей бывшей секретарши Валентины?
– Что еще Есаул сказал о Валентине?
– То, что вы подарили ее своим гостям, моим землякам.
Но большего он не знает.
– И этого достаточно. А чтобы ты забыл о секретарше, то знай, сейчас она обслуживает Масуда.
– Так вот кто к вам приезжал!
– Я этого не говорил!
– А я этого и не слышал!
– Хорошо! Все!
– Не волнуйтесь, Георгий Дмитриевич! Скоро у вас не будет забот с Есаулом и его болтливыми подчиненными!
– Надеюсь!
Карахан обернулся на шорох сзади.
Помощник стоял, сложив перед собой руки, преданно глядя на хозяина в ожидании приказа.
– Ты, как всегда, кстати, Анвар! Почему оставил джип? Или забыл, что лежит в его багажнике?
– Вы считаете, что люди Есаула посмеют прикоснуться к деньгам?
– Что тебе нужно?
– Сущая малость, узнать, когда наконец мне дадут хоть сухую лепешку с кувшином воды.
– Проголодался, значит?.. Иди к джипу. Тебе принесут завтрак!
– Хорошо!
Шарипов повернулся, чтобы пойти к гаражу, но Карахан его остановил:
– Анвар! Позвони брату. Передай, чтобы где-то через час связался со мной по третьему номеру.
Он поймет!
– Хорошо! Если отсюда есть связь с Шали!
– Сделай, Анвар! И еще, уложи в кейс из общей суммы пятьдесят тысяч евро. Потом я заберу его.
– Слушаюсь!
Помощник удалился.
Карахан медленно направился к Дону. Места здесь действительно были чудесные. Широкая, несущая свои чистые, голубые в свете солнца воды к Азовскому морю, река. Пожелтевшие поляны в обрамлении кустарника. Отличный, чистый пляж. И… воздух. Чистый, прозрачный, звенящий в унисон пению птиц. Ранняя осень.
Не жарко. Тепло. Свежо и спокойно. Построить здесь дом. Не особняк, как у Каландина, а простой, небольшой деревянный дом. Заполнить погреб бочками отборного выдержанного десятилетиями вина, разложить на топчане пару-тройку молоденьких красавиц, еще не познавших сладость близости с мужчиной. Что еще надо человеку для счастья? Хотя… нет. Карахан долго не сможет жить здесь. Он человек гор и без заснеженных вершин Кавказа, перевалов, ущелий, аулов не выдюжит.
