— громко воскликнул светловолосый, но тут же, опасливо оглянувшись, понизил голос. — Сам ее видел. И все, как люди рассказывают: страшная, здоровая, как-ак прыгнет — только успевай уворачиваться! А лицо старушечье, страшное, и зубы вперед торчат! А на голове — платочек синенький…
Тут вернулся Нергал с двумя кружками пива и хотел было что-то сказать, но я приложил палец к губам и, взглядом показав на компанию охотников, потянулся за пивом.
— … Не веришь — сходи в ратушу, загляни в жалобную книгу. Знаешь сколько там упоминаний об этом чудовище? — продолжал светловолосый.
— И что оно делает?
— Говорят, кругом города ночами ходит. И воет страшно: «Алешенька! Алешенька!»
Я подавился.
Закашлялся, постучал кулаком себе по груди.
Эх, бедная ты моя Арина Родионовна.
Беспечный я создатель. Прямо сказать — сволочь. Богов укоряю за жестокосердие, а сам ведь ни разу про свое творение не вспомнил.
И сколько еще таких по миру бродит…
Нергал вопросительно приподнял бровь, выразительно глядя на меня.
И тут заговорил третий охотник, который до сих молчал.
— Чего пустые разговоры говорить? В лес сходить надо, вот и всем спорам конец. Я хоть завтра готов выдвигаться…
Тут к нашему столику прилетела шумная и улыбчивая девушка в белом переднике. Она принялась выставлять с подноса красивые блюда с нарезанным окороком, жареного цыпленка с зеленью и желто-оранжевый сыр. В самом конце девушка с гордой улыбкой достала из кармана передника коробку папирос и спички.
— Вот, нашли специально для вас! — прощебетала она, в то время как мужики принялись подниматься из-за стола один за другим.
Я огорченно вздохнул. Жаль, что я не услышал, до чего они там в конце договорились.
— Слышал? — спросил я Нергала, когда официантка ушла нам за пивной добавкой.
— Ну.
— Это мою кракозябру они завтра мочить собрались, — хмуро сказал я. — Причем совершенно безвредную для людей, которую я для опеки Лёхи создал. Представляешь?
Нергал фыркнул. Сунул в рот кусочек оранжевого сыра и одним махом допил остатки пива.
— Еще как. Белки, знаешь ли, тоже для людей безвредны, — заявил он. — И рыба в пруду. И бедная курица, — кивнул он на блюдо с цыпленком. — Что не мешает на них охотиться.
— Вот только она не курица, — мрачно возразил я. — Не отдам.
Нергал хмыкнул. С улыбкой выдрал из нашего цыпленка половину и плюхнул мне на тарелку.
— На! Ешь. Спасатель куриц.
— Слушай, вот если Верхний мир пал.
