Я называю тебя упрямой, но посмотри, что я сам натворил! Как полный идиот, цеплялся за свою идею о том, как будет лучше для тебя, хотя тебе от этого было только хуже. Снова и снова причинял тебе боль. Я больше самому себе не доверяю. Ты можешь быть счастлива по-твоему. По-моему все вечно получается наперекосяк. Вот. – Он расправил плечи. – Белла, мы все сделаем, как этого хочешь ты. Сегодня. Вечером. Чем скорее, тем лучше. Я поговорю с Карлайлом. Может, если дать тебе большую дозу морфия, то все будет не так уж страшно.
Во всяком случае, стоит попытаться. – Эдвард стиснул зубы.
– Нет!
Он приложил палец к моим губам.
– Не волнуйся, Белла, радость моя. Я не забыл, чего еще ты хочешь.
Прежде, чем я успела сообразить, что он имеет в виду, Эдвард уже целовал меня – нежно, но очень настойчиво. Ох, что же он делает?!
Времени на раздумья не оставалось: еще немного, и я забуду, почему должна остановить его. Я уже и так задыхалась, изо всех сил прижимаясь к нему. Мои губы не могли оторваться от его губ, отвечая на все незаданные вопросы сразу.
Я попыталась было заговорить.
Эдвард мягко перекатился, вжимая меня в прохладную траву.
«Ой, лучше помолчи!» – возликовала менее благоразумная часть меня.
Сладкое дыхание Эдварда сводило с ума.
«Нет, нет, нет!» – запротестовала я и потрясла головой.
Эдвард принялся целовать мою шею, давая мне возможность перевести дух.
– Эдвард, перестань! Подожди. – Мой голос оказался таким же слабым, как моя воля.
– Почему? – прошептал он, целуя меня.
Я постаралась говорить решительно.
– Я не хочу это делать сейчас.
– Разве? – спросил он с улыбкой в голосе.
И снова впился в мои губы, не давая говорить. Меня бросило в жар; кожа горела от прикосновения к его телу.
Я сосредоточилась. С огромным усилием заставила себя перестать гладить его волосы и упереться руками ему в грудь. В конце концов мои усилия увенчались успехом – и тогда я оттолкнула Эдварда. У меня бы не хватило сил сдвинуть его, однако он понял и сделал именно то, чего я ожидала: отстранился и посмотрел на меня.
От его взгляда решимости у меня не прибавилось: глаза у него горели. Огнем.
– Почему? – негромко повторил он хриплым голосом. – Я люблю тебя. Я хочу тебя. Прямо сейчас.
Я потеряла дар речи, и Эдвард этим воспользовался.
– Стой, подожди! – попыталась выговорить я под его поцелуями.
– Не буду ждать, – упрямо пробормотал он.
– Ну пожалуйста! – выдохнула я.
Эдвард застонал и скатился с меня.
