Он сжал пальцы, а потом снова раскрыл и молча показал мне раздавленный кусок черного металла, на котором отпечаталась ладонь – как на пластилине, зажатом в руке ребенка. Металл тут же рассыпался в черный порошок.
Я хмуро посмотрела на Эдварда.
– Я вовсе не это имела в виду. Твоя сила мне и так прекрасно известна. И нечего было мебель ломать.
– Тогда что именно ты имела в виду? – мрачно спросил он и бросил пригоршню железного песка в угол комнаты – послышался шорох, похожий на стук капель дождя.
Эдвард пристально всматривался в мое лицо, пока я старалась подобрать слова.
– Ясное дело, физически ты вполне способен причинить мне боль, если бы захотел… Я, собственно, имела в виду, что ты этого не захочешь… по-моему, ты бы никогда не смог…
Он затряс головой прежде, чем я успела договорить.
– Белла, все не совсем так, как ты себе представляешь.
– «Не совсем»! – передразнила я. – По-моему, ты не больше меня в этом понимаешь.
– Вот именно. Неужели ты думаешь, что я стал бы так рисковать тобой?
Я посмотрела на него долгим взглядом.
В глазах Эдварда не было ни тени нерешительности, ни единого намека на возможность компромисса.
– Ну пожалуйста, – безнадежно прошептала я наконец. – Это все, чего я хочу. Пожалуйста.
Я закрыла глаза, признавая свое поражение и ожидая быстрый и решительный отказ.
Однако Эдвард молчал. Я в удивлении помедлила: надо же, он опять дышит неровно!
Открыв глаза, я увидела искаженное страданием лицо.
– Пожалуйста? – прошептала я снова, и сердце заколотилось.
Поспешив воспользоваться внезапной нерешительностью Эдварда, я торопливо выпалила: – Тебе не нужно давать мне никаких гарантий. Если ничего не получится, то так тому и быть. Но давай хотя бы попробуем… всего лишь попробуем. И я соглашусь на все, чего ты хочешь, – необдуманно пообещала я. – Выйду за тебя замуж. Позволю заплатить за учебу в Дартмуте и не стану жаловаться на размер взятки, которую тебе придется им дать. Можешь даже купить мне гоночный автомобиль, если тебе этого так хочется! Только… ну пожалуйста!
Его ледяные руки крепче стиснули меня в объятиях, губы прикоснулись к уху, и я задрожала от холодного дыхания:
– Это невыносимо! Из всего, что я хотел бы тебе дать, ты решила потребовать именно это! Ты хотя бы представляешь себе, как больно мне отказать, когда ты вот так меня умоляешь?
– Тогда не отказывай! – задыхаясь, предложила я.
Он промолчал.
– Пожалуйста! – снова повторила я.
