— Она отказывается перевозить домовых! — Маленькая, но очень сердитая женщина зыркнула на меня злобным взглядом.
— И?
— Что значит — «и»? Заставьте ее!
— Чего? — опешила я.
— Зачем? — растерялся ректор.
— Как это — «зачем»? Вы хоть понимаете, как трудно следить за всем хозяйством? Вы представляете себе объем работы, который мне приходится выполнять? Я единственная домовушка на два студенческих корпуса общежитий, и мне же приходится приглядывать за преподавательскими комнатами.
— Так! — тяжелая мужская ладонь с грохотом опустилась на письменный стол.
Я подпрыгнула от неожиданности, а домовушка перестала верещать и замолчала.
— Мырька, давай ты сейчас успокоишься и внятно изложишь свои пожелания и требования. А вы, Золотова, перестаньте ее нервировать. И меня заодно.
— Да я же…! — возмутилась я.
Ну ничего себе! Выволокли меня из кровати, орут, возмущаются. Притащили зачем-то к главе школы, и еще я же виновата.
— Магистр Новард! — взяв себя в руки, заговорила Мырька.
— Я настаиваю… Нет, я решительно требую, чтобы вы заставили Золотову найти и перевезти в школу еще домовых!
— Почему именно ее?
— Потому что она ведьма! — как само собой разумеющееся пояснила она.
— Кхм!
На меня уставились два взгляда: требовательный Мырькин и задумчивый магистра Новарда.
— А почему ты раньше не попросила об этом? — поинтересовался, наконец, магистр.
— Откуда я знала, что Золотова так умеет? Маленькая паршивка ведь не рассказывала! Такую важную информацию скрывала! Бессовестная!
Я закатила глаза от подобного наезда.
— Хорошо. Адептка Золотова, по возвращении с каникул займитесь, пожалуйста, этим вопросом. В сопровождающие для поисков подходящих жилищ в городе возьмете Вестова, Стенси или его друзей. Ясно?
— Ясно, — буркнула я.
— А, может, сейчас? — вкрадчиво попросила домовушка.
— Нет! Кира едва не погибла, потеряла много крови и только выписалась из лазарета. Тебе это прекрасно известно, Мырька.
— Ох, ну да! Что же это я… — засмущалась она.
— Кирочка, пойдем, моя хорошая. Я тебя вкусненьким угощу. Столовая ведь не работает, а я утром ватрушек с творогом и вишней напекла. С чаем покушаешь…
По дороге обратно я ее спросила:
— Мырька, ты чего так кричала-то? Запугала меня совсем. Объяснила бы по-человечески, неужто я не поняла бы?
— Да осерчала… Узнала о твоих умениях, а ты отпираться начала. Вот меня и понесло.
Я прыснула от смеха, и она поддержала меня.
