Он принялся щелкать клешнями перед лицом обидчика, вцепился двумя щупальцами в щипцы, два других выбросил вперед и причпокнулся присосками к полкам вдоль стены. Карел не успел притормозить и упал, поскользнувшись на натекшей с октонога воде.
— Лови его! — прямо мне в ухо заорал Рид.
Я дернулась, отшатнулась в сторону и тоже наступила в лужу. Через минуту мы трое — октоног, Карел и я — барахтались на скользком полу, силясь подняться. Только с той разницей, что мы пытались еще поймать морскую живность, а она старалась от нас удрать.
— Лови его! Лови! — верещала я.
— Он уползает, гаденыш! — гудел Карел.
— Да что же вы за балбесы такие! С октоногом справиться не можете! Он же не кусается! — это Рид.
Ага, не кусается! А клешни ему зачем? Для красоты? А клюв такой страшный? Декоративный, что ли? И вообще, гадко, мерзко… Склизкий он, этот октоног противный, и с щупальцами. Бр-р-р. В рот не возьму такую пакость, пусть сами его едят!
— Да глуши же ты его! — взревел Карел, пытаясь оторвать от своего лица присосавшееся щупальце.
Посмотрела я по сторонам, схватила большую железную крышку от аквариума и дала пятнистому малиновому гаду по башке. Тело октонога обмякло, правда, вместе с ним обмяк и мой напарник.
— Убила! — обрадовал меня Рид.
— Молчи, дурак! — завопила я и на четвереньках подползла к голове друга. — Карел! Карел! Ты живой?!
— М-м-м… — простонал он и открыл мутные глаза.
— Фух… Живой, — осела я рядом.
— Убери с меня эту гадость! — передернулся Карел и откинул тело морской живности в сторону.
— Ай, молодцы! — ядовито прокомментировал дворецкий. — Всю кладовку разгромили, продукт по полу поваляли, друг друга чуть не поубивали… Но теперь-то, я надеюсь, вы сварите октонога?
Я бросила на говорящую голову тяжелый многообещающий взгляд и подхватила с пола железную крышку.
— Ну, вы тут сами заканчивайте, — всё понял он и полетел к выходу из кухни. — Эй, Карел! Выползай давай. Сейчас на рынок пойдем!
Мы с другом мрачно переглянулись и с трудом поднялись.
Карел щипцами подхватил с пола тушку существа с щупальцами и понес на кухню. Там мы его сполоснули и засунули в кастрюлю с круто-кипящей водой.
— Эй, непутёха, сварить-то его сможешь? — тут же заглянул к нам Рид.
— Сам пусть варится, — буркнула я.
— Понятное дело, что сам, — хохотнул дворецкий. — Сварится — вынимай, потом покажу, как его чистить.
О боже, эту тварь еще и чистить потом? Я застонала от перспектив, но меня уже никто не слышал.
