Вряд ли я всерьез рассчитывала на успех, однако белая масса вдруг замерла на полпути и замогильным голосом произнесла:
– Что вам надо? Зачем вы меня потревожили?
Я нахмурилась. Наш личный триллер на глазах превращался в фарс, однако пока я не могла объяснить самой себе, что же именно в этой ситуации кажется мне комичным.
– Нормальненько! Это кто еще кого потревожил? – возмутилась Настасья. – Мы же просто спали. И спали бы себе.
– Это моя территория, – прорычал призрак.
И в этот момент я наконец сообразила, что именно меня смутило.
Дыхание! Дыхание, упирающееся в мою шею, было теплым, человеческим! Не веяло от него ни могильной сыростью, ни затхлостью фамильного склепа, ни смутно-волнующим запахом церкви. Тем временем мои глаза почти привыкли к темноте (или набирающий обороты скудный северный рассвет взял наконец свое), и мне удалось разглядеть то, чего не замечала перепуганная Настасья, – то, что мы первоначально приняли за бесформенную сероватую субстанцию, на самом деле было не слишком чистой простыней, под которой явственно угадывались контуры человеческого тела.
"
"Я мстительно улыбнулась. Ну, мистер МакДоннел, вам не откажешь в изобретательности! Это же надо было – уговорить служанку скрипеть в коридоре, а самому тем временем молчаливо появиться из задней двери. Саму дверь мне тоже удалось разглядеть. В темноте мы не заметили, что в гостевой спальне было два входа.
К счастью, игривый шотландец и не подозревал, что он уже разоблачен. Он находился на своей персональной сцене и исполнял перед нами свою роковую роль, которая, по всему видать, была ему не в новинку.
– Что вы от нас хотите? – спросила я, выдвигаясь на передний план и оставляя позади зажмурившуюся Настасью.
– Вам трудно будет от меня откупиться, – прорычал «призрак», – всем, кто потревожит мой покой, грозит страшная смерть! Вы разделите со мной мертвенный мрак, и мы будем вместе блуждать ночами по окрестностям… Но если вы погибать не хотите… то есть один способ…
– Какой? – быстро поинтересовалась я.
– Пусть она, – простыня качнулась в сторону Настасьи, – пройдет в спальню молодого хозяина замка…
– Ну, не такой уж он и молодой, – сказала я из вредности, – к тому же, что делать красивой девушке в спальне больного старика? Он так смутится, когда она застукает его без вставной челюсти!
– У него нет никакой вставной челюсти! – капризно заявило привидение, и теперь сквозь отрепетированные замогильные интонации явственно прорезался недовольный голосок МакДоннела.
