– Вот видишь, – проникновенно сказала Мира, которая была отличным манипулятором. – Ты обязательно, обязательно должна записаться на эти курсы. Это изменит всю твою жизнь.
Я взглянула на нее – у Миры было лицо человека, доведенного до крайней степени отчаяния. Годами культивированный цинизм, выстроенные логические теории, удобное эгоистичное мировосприятие боролись в ней с желанием послать все к черту и вернуться к единственному мужчине в мире, который оказался способным выбить почву из-под ее полноватых ног. Желание было сильнее, но и Мира не собиралась сдавать позиций.
В какой момент я ее упустила? В какой момент перестала понимать?
Я услышала собственный голос, произносящий:
– Ну хорошо. Я согласна.
Мирины бледные губы растянулись в удовлетворенной улыбке.
– Но с одним условием!
– С каким еще условием? – нахмурилась она. – Настя, ты что, не понимаешь, что…
– Все я прекрасно понимаю, – перебила я, – я понимаю даже больше, чем ты можешь себе представить. А условие такое. Если и в этот раз у тебя ничего не получится, мы завтра же покупаем билет до Эдинбурга.
– Что? – Захлопала ненакрашенными ресницами она.
– Ты признаешь свою окончательную капитуляцию! И поедешь делать то, что тебе хочется делать, вместо того чтобы изображать из себя прожженную циничную леди.
– Но в данный момент мне хочется…
– Тебе хочется научиться высиживать одним местом яйцо, – насмешливо протянула я, – понимаю, похвальное желание для одинокой интеллигентной барышни. Но меня ты не переубедишь. Принимаешь мое условие – идем завтра на курсы.
Не принимаешь – извини.
Подумав, она тихо сказала:
– Ладно, доморощенный психолог Брагина. Ты меня достала. Если ничего не получится, я туда поеду. Только вот на это можешь и не надеяться, – Мира улыбнулась, – с такими знаниями, которые я получу завтра, мне будет по зубам любой мужик. Я смогу наплевать на гормональные срывы и стать по-настоящему независимой.
МИРАНа следующий день, подгоняемые нервозной нетерпеливостью, мы примчались в клуб «Горячие кошечки» за сорок минут до начала занятий.
Все тот же хиленький охранник принял у нас деньги и записал наши имена в потрепанный блокнот. Мы не потрудились узнать у Шанны, в чем надо приходить на занятия, поэтому каждая из нас тащила увесистый баул со всеми возможными разновидностями спортивной формы – от гимнастического купальника до спортивного костюма «Адидас».
Наши вчерашние знакомые уже были в сборе – все, кроме Шанны. Рэчел приветственно помахала нам рукой.