Постойте, так вас… не инициировали?
– А ты-то чего так разволновался? – подозрительно прищурилась я. – Тебе-то с этого что?
У него было такое растерянное выражение лица… И вдруг в моем мозгу что-то щелкнуло, и все встало на свои места.
Шурик! Пронырливый Шурик и его нелепые способы самообогащения! И как я могла поверить в его неожиданное просветление! Для того чтобы поставить ему неизлечимый диагноз, стоило только вспомнить историю с зеленым чаем, который он выдавал за марихуану и успешно некоторое время продавал.
– Постой-постой, – я крепко ухватила его за рукав, потому что у Шурика было такое лицо, словно он собирается сбежать, наплевав на своих уродливых ватных Дедушек Морозов, – Шакти тебе платит, да? Чтобы ты приводил новых людей в ее секту?
– Мира, ну зачем ты так…
– Она ему платит? – дошло до Настасьи. – Так вот на какие деньги ты путешествовал в Италию! А ты знаешь, что мы можем подать на тебя в суд?!
Шурик втянул шею в самовязаный грубый шарф.
– Девчонки… Ну что вы в самом деле, – пролепетал он, – здесь же все добровольно… Я вас не заставлял.
Вы сами захотели расширить границы сознания.
– Да, но только мы и представить себе не могли, что для этого нам придется заняться групповым сексом.
– Все относительно, – не к месту возразил Шурик.
– Ладно, – вздохнула я, – еще один вопрос. Сколько же ты получил за каждую из нас?
– Немного, – поспешил заметить Шурик, как будто бы это могло его хоть сколько оправдать. – Мира, ты же знаешь, в каком я положении! Должен же я был как-то перебиваться! Я случайно с ними познакомился… Не понимаю, почему вы так к этому отнеслись, многим даже нравится.
Лиану тоже я привел!.. И Павел Подаркин, знаменитость, а тусуется с Шакти уже много лет… В этом ничего страшного нет, дурочки! Она платила мне двадцать долларов, если я приводил новых людей в Москве, и пятьдесят, если я посылал их в Индию… Потому что Шакти там полгода кантуется… Мира, постой, ну куда же ты?
Я молча развернулась и пошла прочь, увлекая за собой Настасью.
Шурик что-то кричал нам вслед, но я его не слушала. Елку в тот вечер мы так и не купили.
– Мира, ну не расстраивайся так, – утешала меня Настасья.
– Ты не понимаешь, я считала его другом! – горячилась я. – И он был моим любовником!
– Я так и знала, – вздохнула она, – я сразу догадалась, что здесь что-то неспроста. Он слишком хорошо тебя знает.
– Как он мог? – кипятилась я.
