Но думаю, что с ней все будет в порядке.
— Чудесно. — Энтузиазм ее вдруг пропал. — Я только что вспомнила, Рик! Сегодня днем в газете была фотография Митфорда. Кто-то нашел его тело около восьми часов утра!
— Может быть, поговорим об этом позднее? Встретимся через час.
Уоррен-старший отозвался на мой звонок своим обычным, уверенным голосом.
— Это Рик Холман, то есть капитан Шумейкер из Отдела привидений, Лос-Анджелес, мистер Уоррен, — представился я, и он тихонько засмеялся. — Могу я поговорить с вашим сыном?
— Он здесь.
— Сделав короткую паузу, Уоррен-старший спросил: — Как вам кажется, у вас скоро появится желание поговорить со мной?
— Весьма возможно. Маленькая просьба, мистер Уоррен. Расскажите, пожалуйста, Тайлеру всю историю относительно моего настоящего имени, чтобы он не совсем растерялся, когда подойдет к телефону."
"— Хорошо, расскажу, — сухо согласился он. — Но растерянность — его постоянное состояние, полная растерянность. Так что вряд ли это что-то изменит.
Я ждал довольно долго, прежде чем в трубке послышался неуверенный голос:
— В чем дело?
— Я полагаю, вам будет небезынтересно узнать, что я нашел Кармен Коленсо.
Хотелось бы, чтобы не позже чем через час вы приехали ко мне домой, на Беверли Хиллс.
— Вы спятили, что ли? — прорычал Тайлер. — Я потерял всякий интерес к Кармен с того дня, как мы развелись!
— Я даю вам ровно шестьдесят минут. Если по истечении этого срока вы не приедете, куда я прошу, я позвоню вашему отцу и расскажу ему одну прелюбопытную историйку, которую я только сегодня услышал от одного вашего старого приятеля — Харви Гудакра.
Наступило молчание.
— Ладно, — отозвался он наконец. — Я буду.
Минут через пять в кабинет вернулся Дедини: облаченная в белый халат сестра Демпси деликатно осталась за дверью.
— Думаю, она поправится, — сообщил Дедини. — В этом хрупком теле кроется железный дух, мистер Холман. Она, разумеется, истощена недоеданием, измучена плохим обращением. К тому же за эти последние дни ее накачали бог знает каким количеством наркотиков!
— Она не могла попасть в более умелые руки, чем ваши, доктор, — вежливо сказал я.
— Я понимаю, насколько важно соблюдать полную секретность по поводу ее возвращения в санаторий, мистер Холман. И мы отнесемся с уважением к вашему желанию. Правда, я не понимаю, почему бы нам не известить доктора Шумейкера относительно ее местопребывания? — Он пожал плечами. — Но если вы мне объясните, возможно, это озадачит меня еще больше.
