Она считала, что я поверил, будто она звонит из отеля «Шартрез», но я проверил. Она звонила из небольшого бара у Найтсбриджа, а ты очень любишь это место. Ты сказал ей, что стрельба на яхте случилась после ее ухода. Будто бы Ривертон прибыл вместе с Рафано вскоре после ее ухода, они поссорились и стреляли друг в друга. Но ты сказал ей, что Рафано первым достал пистолет, что Ривертон стрелял в порядке самозащиты. И еще ты пообещал ей, что, если она заплатит тебе двадцать тысяч, ты пойдешь в Скотланд-Ярд и засвидетельствуешь там правду.
Но деньги потребовал вперед, да еще пригрозил, что, если она кому-нибудь об этом скажет, ты промолчишь и дашь полиции спокойно повесить Ривертона. Что она могла ответить! Она согласилась. Прекрасная работа, Джилл…
— Ну да… У тебя есть еще сигареты, Слим?
— Нет, — отрезал Каллаган. — Для тебя нет. У меня осталось пять штук, и они понадобятся мне самому. Но самое скверное, Джилл, что ты убил Келлса.
— Не говори так, — хрипло сказал Чарльстон. — Разве я его убил?
— Ты, ты, — повторял Каллаган.
— Ты. После того как ты переоделся, ты вспомнил о плавках и решил вернуться за ними. Но не нашел, потому что они были уже у Монти. Он держал их в руке за спиной, когда прятался в подвале. Ты услышал шум в подвале, спустился туда и убил его. Ты убил его из «Эсмеральды», которую я нашел у Азельды. И нашел еще пули, которые она вынула из патронов.
— Черт! — воскликнул Чарльстон. Он помолчал. — У тебя твердая позиция, Слим.
Каллаган молчал.
— Может, договоримся, Слим, а? — неуверенно спросил Чарльстон.
Каллаган усмехнулся.
— Неужели ты думаешь, что я просто так ждал тебя… Сколько ты взял на «Сан-Педро»?
— Около двадцати семи тысяч. Но много чеков… и они неважные.
— Я возьму у тебя двадцать тысяч, которые ты получил от Торлы Ривертон. Гони деньги!
Чарльстон полез в карман и вынул конверт.
— Достань деньги и считай их так, чтобы я видел, — приказал Каллаган.
Чарльстон повиновался. Каллаган протянул руку и взял банкноты.
— Теперь можешь убираться.
И считай, что родился под счастливой звездой. Тебе крупно повезло, что я решил договориться с тобой.
Чарльстон буквально вполз на сиденье. Он улыбался.
— Ты настоящий парень, Слим. Я всегда знал, что у тебя доброе сердце. Никто так хорошо не относился ко мне, Как ты. Ты получил двадцать тысяч и еще пять, которые вытянул у этой бабы. А мне досталось остальное. Ну, пока, Слим. Когда-нибудь увидимся.
Он включил мотор, и машина медленно покатилась по дороге.
