Перевожу взгляд на Дамира.
Надо свалить. Надо прекратить. Надо остановиться!
Но его член во мне только сильнее напрягается. Он распирает стенки, вздрагивает и распирает еще больше.
А потом Дамир совершает первый толчок.
Еще одна волна жара обдает с головы до ног. Я распахиваю глаза сильнее. Похоть плотной поволокой окутывает со всех сторон.
Нечем дышать.
Я не могу думать.
Что ты творишь?…
Муж слегка улыбается, ласково касается моих губ и снова толкается.
Господи, что ты творишь?…
Это неправильно. Так не должно быть.
Это не…так не должно быть!
Настя издает громкий стон.
Я дергаюсь, но Дамир сгребает меня в охапку и шепчет глухо на ухо.
- Им на нас насрать. И мне на них тоже. А тебе?
В теории - да.
А на практике?
Тоже да, если честно. Я их не вижу. Они не видят нас.
Но мне страшно.
Неправильность ситуации оглушает.
Мораль требует вскочить и убраться! А я вместо этого смотрю в отражение потолка и вижу, что Настя оседлала Даню. Кажется, ее платье болтается на талии, но меня это шокирует и пугает.
Я жмурюсь.
Не хочу смотреть. Хотя в сознании отпечатывается то, как Золотов закинул голову назад и прикусил губу.
Щеки опаляет стыд.
Засранка, ты что и это разглядела?!
Мне хочется плакать.
Но в этом нет ничего такого. Они даже не знают, что мы здесь. Они не знают. Они заняты. Почему ты так загоняешься? Это просто...это смешно. Весело. Задорно. Прикольно. Да?...
Господи, что я делаю?
Это неправильно.
Так не должно быть.
Но так происходит.
Порок, как загуститель для воздуха и сознания.
Алкоголь, как лучший антидот от стыда. Дикое возбуждение внутри меня, как тугая пружина.
Я от него задыхаюсь, я от происходящего задыхаюсь, и я задыхаюсь от глаз Дамира, которые пристально наблюдают за мной.
А потом он толкается снова.
Я прикусываю губу до боли. Надо прекратить! Но не прекращаю. Я просто не могу. Сознание ведет. Может быть, мне это все вообще снится?
Дамир сильно сжимает мое бедро и ускоряется. Он рычит. Его сердце бьется на моей груди, а я…я ухожу еще глубже и почти сразу кончаю.
Еще мощнее, чем до этого.
Потому что было слишком много неправильного, порочного и острого. Потому что появилось еще больше нерва. И потому что в тот момент Москва меня окончательно окрутила.
Думаю, что именно этот миг и станет «тем самым». Секундой, когда я должна была сказать ""нет"", а я ничего не сделала. Поддалась слабости, слишком увлеклась и погрузилось. А нас с Дамиром занесло на той самой огромной скорости. Фура стала ближе.
