Однако упоминать об этом не стал, а продолжил читать, перевёл дальнейшие записи и заключил:
— В общем, несмотря на подпорченную среди солдат репутацию погибшего командира, всё-таки народ Баньюэ и народ центральной равнины, проживающий на границе двух государств, памятуя о его заботе, называл его «генералом», а также устроил простенький могильный курган и установил каменную плиту в память о нём.
Сань Лан продолжил:
— А впоследствии народ Баньюэ заметил, что у надгробной плиты появилось чудесное свойство: стоит лишь трижды поклониться ей — и любая беда в пустыне обернётся удачей.
Тон Сань Лана звучал столь непостижимо и загадочно, а выражение лица выглядело столь серьёзно, что многие торговцы, едва услышав его речи, бросились бить поклоны плите. Они желали скорее поверить в чудесные свойства плиты, чем в их отсутствие. Се Лянь озадаченно вопросил:
— А? Здесь об этом написано? Она настолько чудесна?
Сань Лан, посмеиваясь, прошептал:
— Нет. Последнюю фразу я добавил от себя. Раз уж они посмеялись над ним, пусть теперь кланяются, с них не убудет.
Се Лянь, взглянув на камень, убедился, что письмена действительно закончились. Только что он горевал, а теперь и сам захотел рассмеяться. Принц прошептал в ответ:
— Что ещё за озорство?
Сань Лан показал ему язык. Они оба рассмеялись, как вдруг кто-то удивлённо вскрикнул:
— Что это такое?!
Крик прозвучал на всю пещеру резким громким эхом, так что у всех присутствующих мурашки пробежали по коже. Се Лянь тут же обернулся на голос и спросил:
— Что стряслось?
Один из кланяющихся древнему надгробию людей в спешке отпрянул в сторону и в ужасе закричал:
— Змея!
Нань Фэн и Фу Яо повернули ладони так, чтобы пламя озарило то место, куда указал торговец.
Там, на песчаном полу, действительно расположилась длинная змея довольно яркого окраса!
Люди запаниковали.
— Откуда здесь могла взяться змея?!"
"— Почему… почему она не издаёт никаких звуков?! Мы даже не заметили, когда она заползла сюда!
Озарённая пламенем, змея приподняла голову, словно насторожившись и приготовившись в любой момент яростно атаковать.
Нань Фэн уже собирался отпустить пламя с ладони, чтобы убить змею, но тут кто-то неспешно приблизился к животному, одним броском сжал змею на расстоянии семи цуней от головы, там, где находилось её сердце, поднял в воздух, чтобы разглядеть получше, и при этом произнёс:
— В пустыне водятся змеи, что в этом необычного?
Разумеется, столь смелым и бесстрашным мог оказаться только Сань Лан.
