Кстати, она отправлена в семь, когда вы видели его в клубе.
– Когда мне показалось, что я его видел. Всего лишь мельком.
– Давайте об этом потом. Телеграмма отправлена из почтового отделения недалеко от вашей квартиры. «Не выходи на связь. Чрезвычайно важно. Не пиши, не звони. Все зависит от твоего полного молчания». Понимаете, – продолжила она, положив бланк обратно в сумочку, – посылать телеграмму в принципе глупо. Если бы меня не было дома, когда ее доставили, ее мог прочитать кто угодно. Одному богу известно, как бы я оправдалась перед Берти.
– Но Алан знал, что ваш муж в отъезде.
– Только не в семь. Он переоделся дома, потом пошел на ужин с представителями крупной компании, а потом сел на ночной поезд до Глазго.
– Понятно.
– А вот мне – нет. Почему Алан не объяснился по телефону?
– Этого я вам сказать не могу.
– Я, естественно, тоже. И мне стало любопытно. А кому бы не стало? Поэтому я пошла к нему.
– Хотя он просил вас этого не делать.
– Так я и не делала. Во всяком случае, открыто.
Хотела побродить немного вокруг, понаблюдать, может, увижу что-нибудь…
Услышав такое объяснение, я уставился на нее в упор.
– И что вы ожидали увидеть?
– Ну не знаю. Что-нибудь. Горит ли, например, в окнах свет.
– Иными словами, сказал он вам правду или солгал?"
"– Пусть так, если угодно. Если он меня отвадил без веской причины, ему же было бы хуже. И я решила, что должна все узнать.
– Однако свет в окнах мог включить Бейнс.
– Ненадолго. Наш скромный Бейнс старался не выходить из своей комнаты.
Так или иначе, я не ожидала увидеть то, что увидела.
– Что же вы увидели?
– Свет горел во всей квартире. Шторы были не опущены, и внутри ходили люди. Очевидно, там полным ходом шла вечеринка, и я сильно разозлилась, что меня отшили. А еще, не скрою, стало любопытно. В общем, я решила разузнать побольше. Подождала, пока консьерж повернулся спиной, проскользнула внутрь и поднялась наверх. По лестнице, чтобы меня не выдал шум лифта.
– Но как вы надеялись что-то увидеть? Нельзя же просто стоять и таращиться на закрытую дверь.
– Можно. По правде сказать, так я и поступила.
– Увидели хоть что-то?
– Полицейского.
– Полицейского? – К ее явному удовольствию, я смотрел с недоверием.
– Вот именно, – кивнула миссис Килнер. – В форме. Вероятно, что-то все-таки услышав, сначала он просто высунул из квартиры голову, потом вышел и огляделся. Повезло, что наверх он посмотрел не сразу, и мне удалось скрыться из виду, поднявшись по ступенькам.
