Василиса разошлась:
– Это не я взяла! Это твоя родная дочь Катенька, вместо того чтобы перед сном думать о сказках, о книжках, о мальчиках, в конце концов, думает о том, как бы ее отец не бросил мать!
– Господи, неужели все так серьезно? – пробормотал Пашка и побежал в детскую. – Катюша, ты что, на самом деле думаешь, что я езжу с тетеньками кататься? Девочка моя, это же не какая-то посторонняя тетенька. Это же тетя Ира Кадецкая! Ну, ты помнишь ее, она к нам приходила, еще мишку тебе подарила.
Мы работаем вместе. И я езжу с ней только по работе.
Василиса помнила Ирину Григорьевну Кадецкую – был момент, когда судьба столкнула их на розыскной почве. Тогда Василиса Олеговна тоже искала помощи у сына, но тот спихнул все тревоги матери на плечи Кадецкой. Так что с этой дамой Василиса была знакома лично. Серьезная, ответственная женщина, не похоже, чтобы она воровала отца у троих детей.
Катюша уткнулась отцу в шею и плакала горько, навзрыд.
– Зря вы на Пашу так, – покачала головой Лида. – Он действительно убегает на работу. Я ему не разрешаю, а у них сейчас какое-то дело ответственное. Мне Ирина Григорьевна сама звонила, обещала, что он много ходить не будет, она его на машине возить станет. Я ворчу, конечно, так Паша потихоньку убегает. А вы… такое наворотить… Зря вы.
– Я, Лидочка, не знаю, может, и зря, но дети страдать не должны. Это же только подумать – чего ребенок натерпелся!
Василиса сильно переволновалась, и теперь ей хотелось одного: скорее добраться до дома и бухнуться в кровать, потому что у нее от переживаний начало ломить голову.
Конечно, это хорошо, что Пашка не оказался сволочью, но и к детям надо относиться повнимательнее.
– Больше о детях думайте, – еще раз сказала она и направилась к выходу.
– Как ты, да? – спросил с издевкой Пашка.
– А что? Я мало о тебе думаю?
– Да уж лучше бы поменьше, – непонятно ответил сын.
– Ты о чем?
– Ой, мама, ну не надо… Что, скажешь, не звонила ты моему начальству, не устраивала разборки, дескать, Павел Курицын в борьбе с бандитизмом ноги не пожалел, а вы, нелюди, ему квартиру жалеете и в звании не повышаете? Знаешь, он когда мне это сказал, я… я от стыда…
– Это ты с кем сейчас разговариваешь? Со мной? Это я звонила твоему начальству? – пыталась понять Василиса.
– А то кто же? – обиженно дернулся Пашка.
