– Ма! Полина к тебе ходить больше не станет, не проси. Если будешь еще настаивать – поссоримся.
Пришлось Веронике отступиться. А вот старшая невестка, Арина, так и не сумела открутиться. Приходила каждый раз. Остап не сумел отстоять жену, а Вероника тщательно следила, чтобы сеансы не пропускались…
– Подождите, – прервала плавную речь Музы Федоровны Люся. – Так, значит, Арина здесь с кем-то встречалась?
– Ой, да что вы! С кем тут встречаться? Арина, когда приходила, всегда на кухне толклась – посуду мыла, котлеты подогревала.
Ее на посиделки-то не сильно тянуло. Правда, Вероника, порой, силком ее за стол затаскивала. Арина-то иной раз даже у меня отсиживалась.
– А кто у Вероники чаще других бывал?"
"– Да кто ж их знает? Тут и захочешь, да не уследишь. Да ведь мне оно и не надо было. Что захочет, Вероника и сама расскажет, а не захочет, так я не больно опечалюсь. Так что за гостями я не глядела. Однако знаю – чумные они. Да и то сказать, это ведь кто-то из друзей Вероники, из гостей ее, посоветовал кота размножить.
А та, дурочка, и рада: «Ой, он у меня один остался!» А после смерти Андрюши и вовсе у нее крыша поехала – таскается с Генрихом, как с дитем малым. Она, наверное, гибели Арины даже не заметила, у нее теперь одно горе – не берут медики ее кота. А то, что умом она поехала, это врачи официально Остапу высказали, да только Остап не Андрюша, сильно трястись над старухой не будет. Ей бы, может, куда в клинику, да разве уже поможет… А вот Генриха жалко. Зачем его по уколам таскать!
– Не беспокойтесь, я что-нибудь придумаю, – живо откликнулась Люся.
– А может, вы помните, Арина вам не говорила, ей случайно никто из гостей не запомнился? Может, у нее среди них друзья появились или подруги?
Муза Федоровна сморщила лоб, потом пожала плечами:
– Никто у нее здесь не появлялся. Да и кому появляться? Гости-то Вероникины – целые толпы двадцатилетних! Я уж говорила Веронике – смотри, они тебя обкрадут как-нибудь, ты же в дом-то волокешь кого ни попадя! Да только ей разве что докажешь!
В дверь позвонили.
Хозяйка побежала открывать, и Люся услышала голос Вероники Мефодиевны:
– Муза, Генрих у тебя? Времени-то вон сколько, а он еще дома не появлялся.
– У меня он, ты же знаешь, где ему быть. Тут и женщина из кошачьей больницы. На кухне сидит, за ним наблюдает.
– Добрый день, как продвигается ваша работа? – заглянула Вероника Мефодиевна на кухню.
Люся выпрямилась и ошалело принялась врать:
– Нами проведен анализ подобных работ.
