При нем был отличный сад, хорошая дорога, да и лес не подступал так близко. Но было это еще до моего рождения. Думаю, дом построили в двадцатые годы. Это остатки большого поместья. Его распродавали по участкам. Раньше тут нанимали специальных людей, которые содержали место в порядке. Но те дни давно прошли, и теперь мы имеем то, что вы видите.
— И все же дом, кажется, в хорошем состоянии.
— Да, но черепица кое-где пообвалилась, да и окна не мешало бы подремонтировать.
Моффат говорил с уверенностью знатока. Они шли вокруг дома — двухэтажного сооружения из прочного на вид камня.
На взгляд Ребуса, такой дом смотрелся бы на своем месте и на окраине Эдинбурга, а потому видеть его здесь — на поляне, в глуши — было странновато. У дома имелась и задняя дверь, возле которой стоял единственный мусорный бак.
— Отсюда вывозят мусор?
— Вывозят, если уговоришь их сюда заехать.
Ребус поднял крышку. Запах отвратительный. Тухлый шмат лосося — ему показалось, что это лосось, — куриные или утиные кости.
— Удивительно, что здесь не побывали звери, — сказал Моффат.
— Олень, лесная кошка…
— Похоже, это уже давненько лежит, да?
— Да, я бы не сказал, что осталось с прошлой недели, сэр. Если вы это имеете в виду.
Ребус посмотрел на Моффата.
— Я это имею в виду, — подтвердил он. — Всю последнюю неделю и еще несколько дней миссис Джек не было дома. Она ездит на черном «БМВ». Предположительно приезжала сюда.
— Если это и так, то никто из тех, с кем я говорил, ее не видел.
Ребус вытащил дверной ключ.
— Посмотрим, не найдется ли внутри чего-нибудь, что говорило бы об ином.
— Но сначала он вернулся и взял две пары новых пластиковых перчаток, одну передал констеблю. — Не знаю, подойдут ли они вам, — сказал он. Но перчатки подошли. — Отлично. Постарайтесь ничего не трогать даже в перчатках. Можно стереть или смазать отпечатки. Помните: мы имеем дело с убийством, а не с лихачеством на дороге или кражей коровы. Ясно?
— Да, сэр. — Моффат шмыгнул носом. — Вкусная картошка? Я отсюда чую запах уксуса.
Ребус захлопнул дверцу машины.
— Идем.
* * *В доме пахло сыростью. По крайней мере в узком коридоре. Двери, выходившие в коридор, были распахнуты, и Ребус вошел в первую — в комнату, которая тянулась до самой задней стены дома. Обставлена комната была так, чтобы ее обитатель чувствовал себя комфортно: три дивана, два кресла, кресла-мешки, лежали декоративные подушки. Были тут еще телевизор и видеомагнитофон, стереосистема на полу, один из громкоговорителей опрокинут.
