Вы что, окно не можете открыть?
— Заколочено, а радиаторы…
— Да, я знаю: либо на полную, либо вообще никак. Условия тут… — Холмс покачал головой.
— Да ничего такого страшного — нужно только руки приложить.
— Забавно, — сказал Холмс. — Вы никогда не казались мне сентиментальным.
— Сентиментальным?
— По отношению к этому месту. Я хоть сейчас готов переехать на Сент-Леонардс или Феттс.
Ребус сморщил нос.
— Беспринципный какой, — сказал он.
— Кстати, есть какие-нибудь новости о нашем члене?
— Эта шутка уже с бородой, Брайан.
Придумай что-нибудь поновее. — Ребус шумно выдохнул через нос и бросил авторучку, которую вертел в пальцах. — На самом деле ты спрашиваешь, — сказал он, — есть ли новости о миссис Джек. Ответ на это — нет, пусто, зеро. Я разослал описание ее и машины, проверяются все шикарные отели. Пока — ничего.
— Из этого мы делаем вывод, что…
— Ответ тот же: нет никаких выводов. Она могла отправиться на какой-нибудь остров Иону, в христианский центр духовного совершенствования. Или же ее приютил какой-нибудь гэльский фермер.
Она могла разозлиться на своего муженька, а могла слыхом не слыхивать о случившемся."
"— А как быть с тем, что я нашел, со всеми этими штучками из секс-шопа?
— И что такое с этими штучками?
— Ну… — Холмс, казалось, не нашел ответа. — Вообще-то, ничего.
— Вот теперь ты сказал что-то дельное, сержант. Вообще-то, ничего. Извини, мне нужно работать. — Ребус торжественно положил руку на кипу протоколов и папок на своем столе. — А тебе?
Холмс встал:
— Да, у меня масса дел, сэр, за меня не беспокойтесь.
— Беспокойство у меня естественное, Брайан. Ты же мне как сын.
— А вы для меня как папаша, — ответил Холмс, направляясь к двери. — Чем дальше от вас, тем меньше пашешь.
Ребус смял в шарик лист бумаги, но дверь закрылась раньше, чем он успел прицелиться. Да, бывают дни, когда за работой можно посмеяться. Или хотя бы улыбнуться. Если бы можно было забыть про Грегора Джека, у него гора бы свалилась с плеч. Где сейчас Джек? В палате общин? Заседает в каком-нибудь комитете? Угощается за счет бизнесменов и лоббистов? Все это казалось таким далеким от этого кабинета и жизни Ребуса.
Уильям Гласс… Нет, имя ничего ему не говорило. Билл Гласс, Билли Гласс, Уилли Гласс, Уилл Гласс… нет, ничего. Живет на Семпл-стрит, 48. Погодите, погодите… Семпл-стрит в Грантоне. Ребус подошел к шкафу и вынул папку. Точно, в прошлом месяце. Поножовщина в Грантоне. Серьезное ранение, но не смертельное. Жертва проживала на Семпл-стрит, 48.
