Но она улыбнулась Дзюбе и с благодарностью оперлась о его широкую надежную ладонь.
– Мы предоставим вам машину, вас отвезут, куда скажете, – продолжал суетиться полковник, на лице которого проступило нескрываемое облегчение. Видимо, он радовался, что Каменская не устраивает сцену и не истерит, качая права.
– Кстати, о машине, – спохватилась она. – Я не знаю, где она стоит, и у меня отобрали ключи.
– Вопрос решен, – подал голос Антон, стоявший рядом с Большаковым. – Я выяснил, где машина, и взял ключи.
"
"– Вот, Валентин Евгеньевич, учитесь, как надо относиться к ветеранам МВД, заслуженным работникам, – в голосе генерала промелькнула плохо скрытая злоба. – А ваши бойцы только и могут, что ключи и телефон отобрать и в машину запихнуть. Завтра же приказ о взысканиях мне на стол!
Так, здесь идет какая-то своя игра. Впрочем, как всегда, ничего нового.
– Не беспокойтесь, Валентин Евгеньевич, – мягко произнес Большаков. – Я сам довезу Анастасию Павловну. Она сейчас не в том состоянии, чтобы садиться за руль, а мои сотрудники отгонят автомобиль к ее дому.
Еще раз спасибо за бдительность и своевременное вмешательство.
– Служу России! – четко отрапортовал полковник Сорокин.
Вадим
– Вадинька, где моя серая шаль с кружевом? Сегодня прохладно, я накину ее, когда пойду к Сарье пить чай.
Блекло-серые глаза смотрят требовательно и тревожно. Когда-то Вадим считал свою бабулю ужасно проницательной, а ее взгляд – пронизывающим. Бабушка видела насквозь. Во всяком случае, ему так казалось с самого раннего детства.
Теперь не то и не так. Как жаль…
– Бабу, сейчас конец осени, все ходят в пальто и куртках. И дождь все время, – со спокойной улыбкой ответил Вадим. – Шаль тебе не пригодится.
Что толку объяснять бабуле, что шаль давным-давно съедена молью и выброшена на помойку? Она все равно этого не помнит.
Деда он с раннего детства называл папой, а вот бабушку отчего-то звал не мамой, а этим странным укороченным «Бабу» с ударением на последнем слоге.
Откуда взялось в лексиконе маленького Вадика это слово, никто не знал.
– Ну пусть, – неожиданно покладисто согласилась бабушка, – пусть осень, я надену пальто. Где оно? Вадинька, надо найти пальто побыстрее, Сарья ждет меня, мы договорились, и я не хочу опаздывать.
Сарья, она же Сара Исааковна, бабушкина подруга детства, умерла много лет назад, когда Вадик учился не то в пятом, не то в шестом классе. Но этого бабуля тоже не помнила.
