Когда мы разбили эллинов, Вакх забрал последователей и храмы Диониса.
Объяснять, что самый эффективный способ обратить на себя взгляды смертных, которые до того поклонялись иному богу, это полностью перенять его сферу покровительства и образ жизни, я не стал. Князь и сам наверняка догадался. К тому же, я бы не сказал, что Вакх на что-то жаловался. Его жизнь пожалуй, была куда более весёлой, чем у большинства римских богов.
Сам я вернул взгляд на титана и тот пожал плечами.
— О том, кому можно было заходить, а кому нет, я не знаю.
Но вот эта Минерва у нас была. Дважды приходила вместе с Юпитером и они о чём-то говорили с нашими старшими. О чём именно, нам не рассказывали.
Новость вроде не была из разряда ошеломительных, но сейчас мне виделся в ней какой-то подвох. Бросив ещё один взгляд на последние лоскуты тумана, которые висели над озером, я качнул головой. Чем ты занималась, Минерва? Отец остановил твои эксперименты только для виду, а на деле ты их продолжала? Или титаны понадобились по какой-то иной причине?
Я попытался вспомнить детали поведения Минервы в последние годы, надеясь отыскать там нечто, выбивающиеся за рамки её привычного поведения.
Но подумать мне не дали. Где-то сзади плеснуло силой. А крутнувшись на месте, я обнаружил выросший посреди разрушенной улицы портал золотого цвета. Из которого наружу шагнул рослый мужчина с бронзовой кожей, от которого несло мощной божественной аурой.
Держа в правой руке копьё, оглядел нас, задержав взгляд сначала на мне, а потом на Найхве.
Оскалил зубы.
— Ещё один римский бог и океанская дева. Падите ниц и поклянитесь в верности перед великим Нньомом. Давайте, ничтожества — падайте в пыль и ползите, чтобы покрыть поцелуями мои ноги!
Глава III
И бонус от Его Сиятельства, Оболенского)
* * *Сандал яростно и напряжённо рыкнул, а я присмотрелся к незнакомцу. Покосился на Найхву, но судя по выражению её глаз, деве он тоже был неизвестен. При этом нас обоих, этот Нньом определил без особых проблем.
Бог стоящий напротив качнул головой.
— Что смотрите, как побитые шавки? Вам дали выбор. Одарили великой честью, стать воинами моей армии. Согласитесь — будете править многими мирами. Откажетесь и умрёте, а я пожру вашу силу."
"Оболенский крутанул правый ус и вкрадчиво уточнил.
— А ты всегда лично вербовкой новых солдат занимаешься? Никого более подходящего для такой работы не нашлось?
Бронзовокожий перевёл взгляд на князя и мрачно хмыкнул.
