— Да, даже это, — огрызнулся Адам, после чего глубоко вздохнул и выпустил воздух. — Прости, Кали. Ночь была долгой. Можешь, пожалуйста, отправить?
— Ага. Будет сделано, пупсик. Дай мне пять минут.
И Каллиопа отключилась, оставив Адама и паренька гораздо ближе, без ствола пистолета между ними.
— Ты должен уйти, — сказал Адам умоляющим голосом. — Тебе не стоит видеть то, что видели мы. Я уверяю тебя, мы собрали более чем достаточно доказательств, чтобы осудить твоего отца.
Лицо Ноя исказилось, как будто слова Адама причинили ему физическую боль.
— Тогда почему ты не обратился в полицию?
— Твой отец умел заметать следы. Полиции пришлось бы иметь дело с подтверждением улик, затем нужен ордер. Моим людям – нет. Нам просто нужно найти правду.
— Нам? Кто ты вообще такой? Ты ненамного старше меня. Ты, наверное, ещё даже права не получил, когда убил моего отца. Я провёл своё расследование. Какой идиот наймёт подростка, чтобы убить взрослого?
— Никто меня не нанимал.
Это не работа. Я не получаю зарплату, у меня нет пенсионного фонда. Пожалуйста, Ной. Просто уходи.
Телефон Адама пискнул. Он переключился на свою электронную почту и зашифрованный файл, мигающий внизу.
— Последний шанс.
Ной выхватил телефон у Адама и ткнул на кнопку воспроизведения. Адам отвернулся. Он не мог снова смотреть видео или на реакцию парня. К счастью, видео было без звука. Хватило услышать реакцию Ноя. То, как он резко втянул воздух, придушенный крик, похожий на крик раненого животного, и, наконец, рвота, хлынувшая на бетон, когда Ной потерял самообладание.
Адам поборол желание его утешить. Что он вообще мог сказать? Компания Холлмарк не выпускала открыток «прости, но твой отец был мудаком». Хотя, учитывая большое число дерьмовых отцов, возможно, они и правда что-то упускают. Адам обернулся и осторожно потянулся за телефоном. Он легко забрал его из ослабевших пальцев паренька.
— Твой отец не стоит ни твоих слёз, ни твоей мести.
Даже если он никогда не трогал тебя. Он должен был умереть. Мне жаль, что ты пострадал в процессе.
Ной бросил на Адама взгляд.
— Ага, уверен, что из-за этого ты будешь спать спокойнее по ночам.
Адам лишь смотрел вслед юноше, который уходил, опустив голову и ссутулив плечи. Он напоминал Адаму побитую собаку."
"По дороге домой лицо Ноя неотступно преследовало Адама, и даже спустя несколько часов, когда он лежал в постели.
