Она знала, что страх имеет свои преимущества, делая человека осторожным, однако ее страхи не смогут помешать ей сделать то, что она намеревалась."
"Скоро она обнаружила, что силу воли приходится прикладывать даже для того, чтобы выйти из комнаты, поскольку Джейм и Малькольм возобновили свой спор относительно ее путешествия. Ее собственные страхи заставили ее прислушаться к их спору, однако Эйлис осталась тверда в своем решении. Ребенок был завернут в одеяло и привязан к ее телу под плащом. Она, ребенок и Джейм смогли тайно выскользнуть из башни Малькольма, не замеченные охраной.
Оказавшись на улице, Эйлис ужаснулась. Они были еще очень далеко от Ратмора, и идти пешком предстояло долго. Малькольм не мог одолжить им верховых лошадей, поскольку у него их не было. Эйлис с трудом сделала несколько первых шагов, однако скоро к ней вернулась былая сноровка. По мере того как ее шаг становился все более твердым и уверенным, она решила, что какая бы опасность ни ожидала ее впереди, в конце ее путешествия, главное, что ребенок окажется в безопасности.
Для нее этого было достаточно.
Александр встретил рассвет с тяжелым сердцем. Поднявшись, он поддался порыву и отправился к стене. До него наконец дошел слух относительно Эйлис. Ее не было в Лиргане, она находилась в Крейгендабе. Хотя человек, принесший эту весть, был уверен, что Эйлис жива, он не мог сказать ничего определенного относительно ее здоровья. Не знал он и о том, родила ли она.
Александру не хотелось признавать, что сон Сибил мог оказаться вещим, однако он все же внимательно осмотрел горизонт.
Погода была плохой, но понемногу улучшалась. К несчастью, теперь он не знал, куда именно должен совершить свой рейд. От бессилия Александр сжал кулаки. Все планы, что приходили на ум, были похожи на бесполезные умственные упражнения. Ему приходилось выжидать, а ждать он не любил и терпением никогда не отличался. А поскольку дело касалось Эйлис и ее ребенка, то о терпении речи вообще не шло. От испытываемых чувств его тело было напряжено.
Александр осматривал окружающую местность и шептал:
– От такой неопределенности человек способен сойти с ума. Я не знаю, куда смотреть и куда двигаться. Ради Бога и моего спокойствия, Эйлис, пошлешь ты мне какую-нибудь весть?
Глава 15
Эйлис всем сердцем хотела как-то дать знать о себе Александру. Она сидела под деревом и, баюкая ребенка, отчаянно боролась со сном. Последнее время она все больше уставала и на привалах сразу же забывалась сном.
