— Понял, — сдался тот.
— Ну вот и славно… Чё вылупился? — обратил на меня внимание Игорёк. — Он нас понимает? — разглядывая меня, словно диковинную зверушку, бросил он адвокату.
— Да откуда, — усмехнулся мужик с оспинами. — Они же считают свой язык единственным во всём мире. Да, Джонни?
— Джонни? — удивился Игорь. — Ты знаешь его имя?
— Да не похуй, как его зовут, — пожал плечами мужчина, которого Хорёк обозначил как Бориса Иванькова. — Как дела, Джонни? How are you, Johnny? — произнёс он на английском с ужасным акцентом и снисходительно улыбнулся золотыми коронками.
— Johnny? — удивлённо пробормотал я и улыбнулся во все тридцать два зуба. — No, sir — I’m not Johnny. My name is Alex.
— Алекс, — хмыкнул Иваньков. — How are you, Alex?
— Not bad! And you?
— Not bad… — повторил за мной русский. — Very well!
— Что он сказал? — поинтересовался Игорь.
— Сказал, что дела у него идут неплохо.
— Конечно, неплохо, — фыркнул парень, кинув на меня презрительный взгляд. — Живут тут, как буржуи! Жрут гамбургеры, пьют колу.
У них в магазинах только одного сыра тридцать сортов. У нас есть ровно два — «Дружба» и «хер пойми что», в бруске с запахом подмышек доярок и мыльным привкусом, сделанный из какого-то суррогата. Да и то, чтобы купить даже это гавно, нужно отстоять километровую очередь. И не факт, что тебе достанется. Зажрались они тут!
— Окей, Алекс! — усмехнулся Иваньков. — My friend says — you have good cheese, — пояснил он мне слова Игоря.
— That’s right, sir!
— Ох и морда у тебя! — показал Игорь руками размер моего лица и объём бицепса.
— В зал ходишь?
— What? — переспросил я.
— Я говорю, в качалку ходишь? — чуть громче повторил парень."
"— Да не ори ты — видишь, парень не понимает нихера, — встрял в наш продуктивный разговор Иваньков.
— Sorry, I don’t understand, — подтвердил я, виновато пожав плечами.
— Ты переведи ему, — ткнул Игорь в плечо Хорька. — Что я спрашиваю…
— Не буду я ничего переводить, — пробурчал обиженный адвокат. — Я на это не нанимался.
— А чего это ты такой смелый стал? — удивлённо похлопал глазами русский.
— Гарик! — вмешался молчавший до этого мужчина с Ролексом на запястье. — Отстань от Соломон Абрамовича.
— Сорри, америкос, — вздохнул Игорь, обращаясь ко мне. — Не заладится у нас диалог. Да бля! — недовольно произнёс русский, покосившись в сторону двери. — Чё они так долго там обсуждают? Как будто мы у них Аляску требуем вернуть и заплатить за годы использования.
