Начинаю смеяться: — Ром! Ты меня сейчас завалишь, и я упаду!
— Не упадёшь. Я поймаю. Доверяй мне, Юльчонок.
И я доверяю.
Прячу смех на его груди, когда муж раскручивает меня, наклоняет. Но всё-таки умудряется найти нужную кружку.
— Ром!
Возмущаюсь, когда муж поднимает меня на руки, но сама хватаюсь за него сильнее. Рома усаживает меня на кухонную тумбу, сдвигая всё в сторону.
Перехватываю банку кофе, которое почти улетает на пол. Прижимаю к себе, чтобы не шумело.
Муж сам переливает из турки в кружку, аккуратно отставляет в сторону.
А после прижимается к моим губам.
Коротко, а при этом настойчиво. Поцелует свой утренний поцелуй, вызывая во мне бурю эмоций.
Вроде быстро действует. Но успевает и укусить мою губу, и провести языком по отметинам. Гладит поясницу, чуть царапает.
— Ну? — толкаю его носком в бедро. — Я жду отзыва на кофе.
— Вкусно, — тихо произносит мужчина, смотря на меня.
— Ты ещё не попробовал.
— Угу. Но было вкусно.
И снова прожигает взглядом мои губы.
Воздух становится тяжёлым и раскалённым.
Рома не отводит взгляда, тянется за кофе. Делает первый глоток.
Жмурится от удовольствия.
У меня пульс шалит."
"— Спасибо, Юль, — благодарит искренне. Перехватывает мою ладонь и прижимается к ней губами. — Очень вкусно.
— Я рада, что тебе понравилось.
Мне самой приятно, когда ему приятно.
И хочется радовать.
Ведь теперь я вижу отдачу. Искренняя благодарность. Когда Рома не воспринимает это как данность.
Мужчина ведёт ладонями по моим голым бёдрам, забираясь под футболку.
Мурашки следуют за ним.
На муже только пижамные штаны. И я могу пронаблюдать вблизи за тем, как напрягаются кубики пресса, когда веду по ним пальцами.
Надавливаю коготками, а вибрацией отдаёт внизу моего живота. Жар плывёт по телу, охватывая всё сильнее.
Муж разводит мои ноги шире, исследует губами ключицы. Нагло шарит под футболкой, расплавляя меня.
Я чувствую себя тем кофе на песке. Рома прогревает медленно. Доводит до кипения, оставляет поцелуи на самых чувствительных местах.
А после отстраняется, считывая реакцию.
И вновь целует, зарываясь пальцами в мои волосы. Тянет на себя, прижимает плотно.
Я охаю, чувствуя «доброе утро» от Роминого дружка.
— Тсс, — шипит этот нахал на меня. — Разбудишь нам ребёнка.
— Я?! — в отместку прикусываю его подбородок. — Ты… Тсс!
Сама замолкаю, мы вместе прислушиваемся к посторонним звукам в квартире.
Кира шлёпает босыми ногами в коридор, шумит вода в ванной. А потом так же быстро возвращается в свою спальню.
