Хорошо, — сжав зубы, произнесла она. Ноздри раздувались от гнева. Аккуратные небольшие ноготки впились в ладошку. — Это вас, — взгляд опущен в колени, будто ей стыдно.
— Слушаю, — взяв трубку, представляться не стал.
— Ты кто такой, чтобы отменять мои распоряжения? — Игорек брызжет слюной. — Моя невеста должна посещать психолога, а твоя задача ее охранять. Тебя прямо сегодня заменят, раз ты неспособен справляться со своей задачей!
— Я не отменял… ваши… распоряжения, — приходится «выкать» недоноску. Не хотел я этой работы, но от задания не отказаться, придется задержаться.
Да и девчонку оставить на кого попало уже не мог. Гаранину придется дать понять, что в мою работу ему лучше не лезть. — Если хотите, чтобы ваша невеста дожила до свадьбы, придется слушать мои советы, — спокойным тоном. Не для Гаранина старался, голос выравнивал, Юна как натянутая струна сидела, не дышала. Хотел, чтобы девочка перестала нервничать. — Любой специалист вам скажет: ездить в одно и то же место, легко просматриваемое снайперами — безответственно и смертельно опасно.
Посадить снайперов с двух разных точек — и у нас не будет шанса спасти вашу невесту. А там таких точек больше трех. Найдите психолога, который будет работать с Юноной Евгеньевной на дому или сразу заказывайте место на кладбище, — Юна вздрогнула. — Тут или бессмертных нанимать, или человек сто, которым вы будете доверять. Прежде чем выехать на точку, нужно проверить все высотки. Охранять все входы и выходы, — недовольное сопение на том конце провода не доставляло удовольствия, чтобы прям отпустило, мне хотелось расхерачить морду этого богатенького придурка.
— Ты слишком много на себя берешь, охранник, — он еще сдерживался, статус не позволял перейти на крик, но, если поднажать, сорвется. Мне это было не нужно. Девочку нужно успокоить.
— Сейчас все структуры разгребают последствия бойни, которая случилась на дне рождения вашей невесты. Наверху требуют найти виновных, там жаждут крови. Как вы думаете, что случится, если до них дойдет наш с вами разговор? — зажав телефон между ухом и плечом, потянулся к сжатой в кулак руке.
Юна дернулась, попыталась вырвать руку, не дал. Поглаживая тонкие красивые пальцы, медленно их разгибал.
— Ты о чем?!
— Юнона Евгеньевна не просто свидетель, она являлась целью покушения. Расследование завязано на ней, покушение может повториться, а вы ставите ее жизнь в опасность, — продолжая ровным тоном, поглаживал подушечкой большого пальца ладонь, где остались полукруглые следы ногтей.
