Надеюсь, у него есть хорошие новости. Плохих в последнее время и так предостаточно. Внутренне напрягаюсь в ожидании ответа.
— Нашли твою девочку, — прежде, чем я спрашиваю, где, он добавляет: — В парке. Сидела на лавочке, — судя по тому, каким тоном он хмыкает и произносит последнее предложение, Юна там страдала в одиночестве. Царапает ее боль, ситуация действительно неприятная. Я и сам от новостей в ахере. Но за то, что посмела рисковать своей жизнью, убегая в никуда…
— Где она сейчас?
— С Вороном и Хамом, они ее только что забрали.
Куда везти?
— Ко мне пока, утром заберешь, — разговор будет долгим.
— Договорились. Стас, — не успеваю отбить звонок, окрик Яра тормозит. — Не передумал? — командир второй день пытается уговорить меня отказаться от одной авантюры, которую я во время первой бессонной ночи раскрутил с нуля. Задумка неплохая, но сырая. Такие операции месяцами готовятся, а у нас в запасе несколько дней. Ребята согласились мне помочь, но все понимают, что рискуют карьерой, если план с треском провалится.
Не провалится! Права на ошибку у меня нет.
— Не передумал, Яр! Ты только прикрой, я не подведу. У нас почти все готово, — не все, но мы успеем. Сегодня вечером я планировал заскочить в одно место, но теперь уже завтра. Есть у меня пара знакомых, которые точно не откажут. Заканчиваем разговор, еду в сторону дома.
Стараюсь выкинуть из головы все мысли, заморозить чувства. Настраиваюсь, словно перед решающим выстрелом.
Подъезжаю к подъезду, парни меня уже ждут. Юна в машине. Видит, что я выхожу из тачки, и отворачивается к окну.
Мне хорошо видно ее в лобовое стекло, глаза зареванные, губы поджаты.
Пожимаю товарищам руку. Они деликатно отходят, наверное, ожидают скандала. Не знают, что принцессе с детства вдалбливали, как нужно себя вести.
Открываю дверь и протягиваю молча руку. Успокаивать буду потом, сейчас она меня не услышит.
— Поговорим! — твердым тоном, не терпящим возражений голосом. Сверкает на меня своими красивыми глазами.
Мне нравится, что она злится, не прячется за высокомерной холодной маской, которую носила столько лет.
Может, спровоцировать ссору прямо во дворе, чтобы она потом от стыда сгорала? Было бы забавно, но я вряд ли успею насладиться этой картиной.
— Юна, — поторапливаю, потому что она не собирается давать мне руку. Сцепила ладони в замок на своих коленях и молча расстреливает меня глазами. Я устал, практически не спал и не ел. А еще я хочу трахаться. Мне перед командировкой полагается долгий и качественный секс.
