Ряды пестрых ситцевых рубашек и платьиц, переливающиеся всеми цветами груды вымытых фруктов и овощей, запах еды и кофе, шумное деловое общение жителей этого лондонского района – все это настроило Пирса на позитивный лад. Он напевал себе под нос какую-то замысловатую, смутно знакомую Кейт ме-лодию.
– Что это такое? Из субботней программы в Ковент-Гарден? – спросила Кейт.
– Нет, из утренней – по «Классик FM». – Пирс возобновил пение, потом сказал: – Я с интересом жду предстоящего интервью. И возлагаю большие надежды на мисс Элкингтон.
Прежде всего удивительно, что она существует. Вы-то думаете, что настоящая мисс Элкингтон[25] умерла в 1890 году, а «Элкингтон» – всего лишь скучное агентство по найму прислуги, использующее известное имя. Ну, из таких местечек – застекленный вход, убогая улочка, унылая регистраторша в полном подчинении у неудачливых владельцев агентства, куда иногда забредает какая-нибудь мрачная экономка в поисках работы у богатого вдовца – но чтобы без родственников.
– С твоим воображением не в полиции работать, а романы писать.
Над верхним звонком было написано: «Дом», над нижним – «Офис». Пирс нажал нижний, и дверь почти сразу отворилась. Улыбчивая, стриженная «под мальчика» молодая женщина в полосатом свитере и короткой черной юбке приветливо расшаркалась у входа и, приглашая войти, чуть не заключила Пирса в объятия.
– Не предъявляйте удостоверения. Ведь полицейские всегда так делают? Должно быть, это очень утомительно. Мы знаем, кто вы. Мисс Элкингтон вас ожидает.
Она всегда слышит звонок и спустится вниз, как только сможет. Присаживайтесь. Хотите кофе? Или чай? У нас есть «Дарджилинг», «Эрл Грей» и травяной. Не хотите? Ну, тогда я с вашего разрешения продолжу работать с письмами. В вашем расследовании от меня все равно никакого толку. Я здесь временный секретарь, работаю всего две недели. Занятное местечко, но мисс Элкингтон ничего, если не предъявлять больших требований. О, простите, я забыла представиться. Меня зовут Игер. Элис Игер. Игер – по фамилии и по характеру[26].
Мисс Игер, словно стараясь подтвердить свою фамилию, уселась за пишущую машинку и стала колотить по клавишам с таким рвением, что уже этим доказала хотя бы одни свои способности.
В прошлом офис с выкрашенными в светло-зеленый цвет стенами был явно гостиной. Карниз и розетка на потолке выглядели подлинными. Встроенные книжные шкафы располагались по обеим сторонам элегантного камина, в котором газовые языки пламени лизали фальшивые угли.
