У всех, естественно, есть ключи, но, похоже, шестнадцать ни при чем. Здесь записаны все имена и адреса. Трое – на выезде, четверо работают не в Лондоне, а в отделении Солсбери, двое, международные юристы, – в Брюсселе, четверо работают дома и могут отчитаться за время после шести тридцати и далее, один лежит в больнице св. Фомы, один – в Канаде, поехал к дочери, которая рожает его первого внука. Нам нужно точнее проверить алиби трех стажеров. Один – Руперт Прайс-Маскелл только что обручился и с семи тридцати был на праздничном обеде в «Конноте».
Учитывая, что двое гостей члены Высокого суда, а один – член Совета королевских адвокатов, будем считать, что Прайс-Маскелл вне подозрений. Другой стажер, Джонатан Сколлард – на выездной сессии суда со своим руководителем. Мне не удалось повидать третью стажерку, Кэтрин Беддингтон, она больна. Да, и еще стопроцентное алиби у двух младших клерков. Один из клерков коллегии лорда Коллингфорда устроил холостяцкую вечеринку в пабе на Эрлс-Корт. В семь тридцать все были в пабе и не покидали вечеринку до одиннадцати часов.
– Итак, – подвел итог Дэлглиш, – из тех, кто имеет ключи, был в среду на работе и знал, где лежат парик и пакет с кровью, остаются: старший клерк Гарольд Нотон, уборщица Джанет Карпентер и четыре барристера – глава «Чемберс» Хьюберт Сент-Джон Лэнгтон, Дрисдейл Лод, Саймон Костелло и Дезмонд Ульрик. Завтра ваша первостепенная задача – тщательно проверить все их возможные передвижения после семи тридцати. И заодно выяснить точное время начала антракта в «Савойе», его продолжительность, чтобы понять, мог ли Дрисдейл Лод за это время добраться до «Чемберс», убить Олдридж и вернуться к началу второго действия.
Еще узнать, не было ли его кресло в конце ряда и, если возможно, кто сидел рядом. По словам Ульрика, он зашел домой, чтобы оставить там портфель, и в восемь пятнадцать уже был в ресторане. Наведите справки в ресторане и спросите, не помнят ли они, был с ним портфель или нет – может, за столом или в камере хранения? Узнайте также, не выздоровела ли Кэтрин Беддингтон и можно ли с ней поговорить.
– А как насчет Марка Ролстоуна? – спросила Кейт."
"– В настоящий момент у нас нет никакого повода связывать его с этим убийством. Мы должны принять как данность его присутствие в парламенте в восемь пятнадцать. Ему вряд ли под силу уговорить четырех избирателей солгать в его пользу, и он не назвал бы их имена, если бы не был уверен в том, что они подтвердят его слова.
